agritura (agritura) wrote,
agritura
agritura

Кагарлык, Корсунь-Шевченковский

 

Парк в Кагарлыке
Опять дела зовут в дорогу. Мне и моей коллеге предстоит командировка в Черкасскую область. Едем на моей машине, с «ночевой», на три дня. Черкасская область не так богата на архитектурные достопримечательности, как Западная Украина, хотя, если постараться, можно найти что-нибудь интересное в любом уголке Украины. Думаю, повествование о путешествии займет несколько частей.
Здесь сохранилось несколько интересных усадеб. Богата Черкасщина и памятниками казацкой славы, к которой, к слову, лично я отношусь весьма сдержано. Казаки, конечно, были ребята неплохие, но «канонизировать» я бы их не стала – уж больно много темных и бледных пятен в казацкой истории и в личностях некоторых казацких командиров. Пока с полной определенностью я бы не делала окончательные исторические выводы, да и не моя это работа. Однако, казачество – истинно украинская «незалежная» страница истории, причем одна из немногочисленных. На ее увековечивание выделяются сейчас немалые средства, поэтому туристические маршруты «по казацким местам» развиваются и «пиарятся».  Почему бы и нам не посмотреть?
Мы выбрали маршрут, несколько более длинный, чем традиционная дорога на Черкассы через Золотоношу – там совсем смотреть не на что. Первым делом мы посетим Кагарлык и Корсунь-Шевченковский. Об обоих городках у меня заочное представление как о чем-то нудноватом и маловыразительном. Это – обычное для меня состояние, надеюсь разубедиться. Как же я люблю приятно удивляться!
Выезжаем после обеда, так как в понедельник есть кое-какие дела в офисе. Едем по Окружной.  До Кагарлыка мы доезжаем примерно за час. А вообще, вы о нем что-нибудь знаете? Хотя бы то, что в нем родился В.С.Пикуль? Нет? Сейчас расскажу.
Первые упоминания – с 1142 года. Правда, назывался он тогда Городец. Населяли эти земли племена берендеев (тех самых, о которых писал Салтыков-Щедрин). В 13 веке городок сожгли, как обычно, татары, возродился он в 14 столетии уже под названием Ерлык. В 16 веке это уже был центр староства Речи Посполитой. Принадлежал тогда городишко Яну Яцеку Тарнавскому. В 1793 году после присоединения Украины к России, Екатерина Вторая выкупила Кагарлык и подарила его некоему Дмитрию Прокофьевичу Трощинскому (1754 - 1829), придворному статс-секретарю. Был он из небогатых захудалых
Дмитрий Прокофьевич Трощинский                                                          
дворянчиков, выпускник духовной семинарии. Прозябать бы ему писарем или дьяконом всю жизнь, не заметь вовремя его смекалку и услужливость влиятельный князь Николай Васильевич Репнин (он был прадедушкой Варвары Алексеевны Репниной-Волконской, о которой я писала в заметках о Яготине, другим ее прадедушкой был Кирилл Разумовский).  Видимо, Дмитрий Прокофьевич обладал незаурядным умом и тем, что сейчас называют гибкостью, раз он сумел понравиться всем своим начальникам: поначалу Репнену, затем, по его рекомендации – могущественному Безбородько, потом самой Екатерине. Даже Павлу, делавшему все
Аллея парка                                                                                                                        
наперекор матери и разжаловавшему большинство ее чиновников и фаворитов, Трощинский сумел угодить в эпоху его царствования и удержаться «на плаву». Трощинский большую часть жизни проживал в другом своем имении, под Полтавой, но и здесь бывал иногда и даже выстроил в Кагарлыке Свято-Троицкую церковь, дворец и флигели. Парк был природный, ландшафтный, то есть без искусственной разбивки и украшательства. К несчастью, ничего из этого до наших дней не сохранилось. Потомки Трощинского, видимо, оказались менее талантливы и предприимчивы, чем Дмитрий Прокофьевич, и быстро разорились. Они вынуждены были продать имение, которое позже приобрел генерал Михаил Иванович Чертков, герой Крымской и Кавказкой войн. Вот он-то как раз и заложил здесь парк, пригласив для этого садовника Бернгарда. С 1881г Чертков жил в Кагарлыке практически безвыездно, изредка
Михаил Иванович Чертков                                                                                  
отправляясь на воды за границу, где он и умер на лечении. В парке площадью 35,5 Га было высажено 75 пород деревьев; в извитых аллеях, тянущихся вдоль живописного яра, были расставлены 20 белоснежных скульптур на тему греческих мифов, установлено множество  легких беседок. На холме «Машук» построили ротонду, провели траншеи с водой для полива, создали пруд «Сажалка», на дне которого били 24 ключа.
Мы спросили горожан, как проехать к парку. Он находится на окраине. Судя по забору, до конца которого мы доехали, парк немаленький. Вход мы, конечно же проехали, пришлось возвращаться. Никаких обещанных кованых ворот, сохранившихся со времен Трощинского, мы не обнаружили, возможно, они у другого входа. Чуть левее виднеется мемориал Героев Войны. Сразу вначале парка разбита клумба, посередине которой виднеется нечто, подозрительно смахивающее на надгробный памятник из черного гранита. Это действительно гранитный пилон, на котором выбито изображение единственной
Памятник беседке                                                                                                                                 
сохранившейся на территории парка беседки-ротонды. Позднее, когда мы ее нашли, стало очевидно, что ей давно пора ставить надгробие с эпитафией.

Дорогу к ротонде нам указала мама-ребенок, лет 17, не более, с крошечным спящим младенцем на руках. Больше спросить было не у кого, поэтому разговаривали шепотом, чтобы не разбудить малыша. Долго-долго идем в указанном направлении, а беседки все нет. Только мы, отчаявшись ее найти, собираемся поворачивать обратно, как вдруг я замечаю ротонду на вершине холма на поляне, покрытой островками поблекшего асфальта.
Беседка в ужасающем состоянии. Она до половины выкрашена синей облупившейся краской, пол завален
Беседку лучше рассматривать издали                                            
мусором и скорлупой от семечек. Все столбы и потолок беседки разрисованы и исписаны вандалами. Никогда этого не понимала. Ведь для того, чтобы написать красной краской какое-нибудь «Машаятебялюблю» на стене, столбе или асфальте, надо специально тащить с собой в парк (или в горы, как это сплошь встречается в Крыму) емкость с краской и кисть… Да уж, не зря на входе в парк поставили памятник беседке – она почти погибла.

Парк тоже выглядит неважно. Он больше похож на смешанный лес. В нем, конечно, еще сохранились высокие, явно привозные,  ели и другие красивые деревья, некоторые полянки довольно живописны, но большая часть парка заросла непролазным кустарником, крапивой и прочими сорняками. Прохладный яр, рассекающий парк пополам, сейчас выглядит диким заросшим оврагом, хоть и уцелели несколько узких мостиков, соединяющих его берега. Мы минут двадцать бродим по аллеям и мостикам. Жалко тратить больше времени на это грустное зрелище. Нам пора уезжать.
Что еще можно рассказать о Кагарлыке, кроме Пикуля и парка? В начале 20 века в его окрестностях упал двухкилограммовый метеорит, который сейчас хранится в коллекции метеоритов Петербургской академии
Кагарлыкский метеорит                                                                                                                                     
наук. А еще в 1902г Викентий Хвойка раскопал в близлежащем селе Черняхов поселение древних славян первых веков нашей эры, которое дало название Черняховской культуре. Он же, кстати, раскопал и поселение трипольцев в селе, под названием, естественно, Триполье Обуховского района под Киевом. Ничем другим городок на 23 тысячи населения мне интересным не показался. Может быть, нам больше повезет в Корсунь-Шевченковском?

До Корсуня мы добираемся за минут сорок. Вначале городок не кажется нам особенно примечательным – одно-двухэтажные дома, узкие, местами разбитые улица. Мы ищем усадьбу Лопухиных. Решили проехаться немного по городу, никого не спрашивая дорогу – авось, сами найдем. Оказалось – не найдем. Покружив по городу минут десять, выезжаем на какую-то городскую окраину. Узкая дорога ведет прямо на мост на Роси, нам деваться некуда, переезжаем по мосту на противоположную сторону. С другого берега хорошо виден остров-скала, на которой высится памятник «Росич». Если бы ему немного поменять обмундирование, он мог бы быть и «Политруком Клочковым» и «Одесским матросом» и «Красным сталеваром», и «Стражем Революции». Несмотря на некоторую топорность и явную мышечную гипертрофию Росича, на гранитном утесе он смотрится вполне гармонично, и вообще, речной пейзаж в
этом месте очень радует глаз. Пусть порадует и желудок – прямо на берегу мы устраиваем ставший традиционным пикник. С места, которое мы выбрали, прямо напротив Росича, далеко слева виден мост через реку, а за ним – башенки усадьбы-дворца. В ярких лучах солнца, на фоне ярко-голубого неба  эти
Пикник с Росичем                                                                                                                           
башни, мост и коричневые гранитные глыбы, омываемые бурлящей водой, смотрятся очень эффектно, ландшафт весьма непривычный, экзотический.

Пока мы дожевываем бутерброды, вы можете ознакомиться с историей городка.
Упоминается он впервые с 1032г, когда город был основан князем Ярославом Мудрым, как одно из укреплений Поросья, созданных в качестве защиты от кочевников. Правда, через двести лет Корсунь сильно пострадал от орд Батыя. Как и большинство селений в этой части Украины, Корсунь в 16 веке перешел Литве, а потом и Речи Посполитой. В 1580г, к примеру, им владел Михаил Вишневецкий. Было предоставлено городу и Магдебургское право. Из-за конфликта горожан с тогдашним старостой, Магдебургского права город лишили судом, и большая часть жителей подались в казаки.
Так уж сложилось, что небольшой городок сыграл свою роль в нескольких знаменитых сражениях. Первое произошло здесь еще в 1648г между объединенным войском Богдана Хмельницкого и крымского хана Тугар-бея  и польским войском Михаила Потоцкого. После первого сражения поляки дрогнули и решили отступать, предатель из их числа сообщил, по какой дороге. Ночью казаки завалили проход в узком месте у выхода из яра с крутыми берегами. Войска Хмельницкого загнали поляков в яр и за четыре часа почти всех перебили. В казацкой освободительной войне всего было множество битв, и среди них - три самых решающих сражения: при Желтых Водах и Корсуне (выигранные казаками) и при Берестечке (проигранные).
Еще одна Корсуньская битва состоялась почти через триста лет, в начале 1944г. Было бы забавно, если бы история повторилась, и фашистов тоже загнали в яр, но на самом деле все происходило немного по-другому. Советские войска Первого и Второго Украинских фронтов под командованием генералов Ватутина и Конева 14 февраля 1945г окружили и уничтожили более чем 55 тысячные Корсунь-шевченковские группировки фашистов (и еще 18 тысяч взяли в плен), почти в полном составе 1-ю и 8-ю танковыю армии Манштейна. История повторилась в одном – наши победили. Корсуньская операция продолжалась 23 дня. После 1944г город Корсунь сменил имя на Корсунь-Шевченковский.
Значит, эта перемешанная с гранитными валунами земля буквально пропитана человеческой кровью.
Но 18-тысячный городок знаменит не только своей боевой славой. Здесь находится одна из редкостных жемчужин украинской исторической архитектуры – дворец Лопухиных, выстроенный в неповторимом мавританском (на Украине!) стиле. Правда, и стиль, и характер застройки за время существования усадьбы несколько раз кардинально менялся в зависимости от капризных вкусов очередного владельца.
Первым сюда добрался Станислав Понятовский (1754-1833). Не тот, что Станислав Август, король
Станислав Понятовский                                                                                                           
Польши, а его племянник. Блестяще образованный, баснословно богатый, этот красивый юноша с изящными манерами прикупил «живописный, но пустынный участок земли» и островов на реке Рось, как он писал друзьям в письме, чтобы построить здесь одну из своих прекрасных резиденций. Молодой человек признавался, что несметные богатства достались ему без малейших с его стороны усилий. Он, видимо, был человеком благородным, и ему было неловко попросту пускать деньги на ветер, как это делали большинство его
современников. Он давал вольную своим подданным, организовывал кассы взаимопомощи, построил больницу, способствовал развитию образования – словом, воплощал в жизнь масонские идеи равенства и братства. Все это воспринималось его современниками как необъяснимые чудачества. Граф носил строгое английское платье, был воздержан и замкнут, слыл сторонником трезвости, что было уж совсем невероятно по тем временам. Над ним посмеивались и сторонились. Естественно, политическая карьера «чудаковатого» графа не удалась, и он с головой окунулся в строительство. Основная резиденция его находилась в Гродно, хотя он уделял внимание и другим своим имениям. В Корсуне его внимание привлек необычный каменистый пейзаж и веселые пороги Роси. Для строительства первой усадьбы он привлек Иоганна Генриха Мюнца (1727-1798гг), швейцарца. Представить этого человека одним словом, да и одним предложением сложно – чем он только не занимался и где он только не жил! Англичане считают его английским художником, поляки – польским деятелем науки и культуры, немцы – немецким архитектором. Наверное, он по чуть-чуть был всем одновременно. Интересовался он и биологией, и градостроительством, и оросительными системами, и организацией хозяйства. Одним словом, и чтец, и жнец, и на дуде игрец! Понятовский сразу заприметил Мюнца и признал его «своим парнем». Мюнц стал его первым помощником и советчиком практически во всех хозяйственных делах. Они вместе путешествовали по Польше и Украине, останавливаясь в имениях Станислава и решая вопросы их перестройки и усовершенствования. Мюнц во время поездки делал зарисовки в альбоме. Имеется его рисунок пустынного еще берега Роси в Корсуне, с только намеченной постройкой. Мюнц буквально влюбился в это место. Первый деревянный дворец он выстроил здесь в 1782 . Тогда же был заложен сад и виноградники. А его хозяину Станиславу было всего 28 лет! К сожалению, вскоре Мюнц сильно покалечился в дорожном происшествии и был вынужден оставить службу и навсегда уехать в Кассель. Дворец достраивали по его проекту, используя его эскизы, но уже без него.

Ян Линдсей в 1780г запечатлел на своем рисунке старый дворец, который существовал еще при
Корсунь (Ян Линдсей)                                                                                                                           
Понятовском. Именно Линдсей, вероятнее всего, и достраивал дворец. Рисовал он явно с того самого места, где у нас был пикник, можете сравнить. Не ищите только "Росича", его еще не было в помине.  Квадратное здание самого двухэтажного дворца еще не имело декоративных мавританских башен и килевидных порталов, большой флигель, который сейчас встречает вас справа сразу при пересечении ворот, был еще одноэтажным. Дворец и флигель соединялся длиннющей галереей с 12 парами колонн, в нишах галереи были выставлены античные скульптуры, сама галерея завита плющом. Необыкновенный парк имел одну отличительную особенность – минимальное насилие над природой. Здесь в полной мере использовался и без того прекрасный ландшафт. Естественно, малые архитектурные формы здесь тоже присутствовали – ажурные подвесные мосточки (сейчас сохранился только один), множество беседок в различных стилях и легких павильонов. Все современники Понятовского, гостившие в его корсуньской резиденции, в своих воспоминаниях, как и я, не скупились на восторженные эпитеты, описывая это место. Вот уж не знаю, чем восторгаться больше: изысканной архитектурой или нерукотворным волшебным ландшафтом.

Видимо, Станислав заскучал без Мюнца, или попросту ему, повзрослевшему, надоела далекая украинская вилла-игрушка, и он продал имение в 1797г. Приобрел его ни кто иной, как император Павел Первый для
Петр Васильевич Лопухин                                    
своего сенатора Петра Васильевича Лопухина. Кроме того, Лопухину был пожалован дом на Дворцовой площади. Император всемилостливейше подарил Петру Васильевичу свой портрет, усыпанный брильянтами, чин Генерального судьи, титул Светлейшего (при Павле этот титул получило всего пять человек) и место в Совете. Его дочери был пожалован статус фрейлины, титул статс-дамы, орден св. Екатерины и св. Иоанна Иерусалимского. Стремительное возвышение семейства именно с дочерью Лопухина, Анной Петровной, и было связано – она была
Анна Петровна Лопухина-Гагарина                                                                                                    
фавориткой Павла. Павел в любви был очень пылок и открыт. Он не скрывал своей страсти к Анне, называл именем любимой женщины корабли и дворцы, осыпал ее подарками, всячески покровительствовал ее семье. Да что мы знаем о смешном курносом императоре-самодуре, пришибленном табакеркой и удушенным шелковым шарфом? Наверное, его поведение по отношению к возлюбленной скорее характеризует его как человека благородного, чем как своевольного тирана. Он
Деревянный флигель (дирекция музея)                                                                                                                                        
Шале (сейчас - жилой дом)                                                                                                                            
желал, чтобы любимая женщина была счастлива, пусть и с другим. Павел предупредил Анну, что ежели она полюбит другого, он не будет препятствовать ее браку. Так и случилось. Избранником Анны стал князь Гагарин. Павел, горюя, не стал противиться их счастью, одарил Лопухину подарками, а ее мужа – чинами. Он покровительствовал их семье до самой своей смерти.

Значит, и запретной любви злосчастного императора Корсунь обязан своей достопримечательностью.
Корсунь, Наполеон Орда
Корсунь (Наполеон Орда)                                                                                                                              
Именно при Лопухине дворец принял тот вид, который имеет сейчас. Лопухин перестроил и достроил усадьбу, еще более усилив мавританско-готические мотивы, возвел интересные въездные ворота,
Лютеранская часоня
Лютеранская часовня 1835г (погибла при наводнении в 1942г)                                                      
оранжерея
Оранжерея 1838г (справа), разрушена в 1948г                                                                                     
деревянное шале, старый флигель сделал трехэтажным, снес галерею с колоннадой. Позже здесь
Здание дворца, 1787, 1835гг                                                                                                                   
появилась и православные и лютеранская часовни, расширена оранжерея, немного изменен парк и сад.

Всю эту красоту мы и осматриваем. Еще при выходе из машины, переехав мост и припарковавшись у
Въездные ворота, 1835г                                                                                                                                                  
Православная часовня, 1850-е                                                     
ворот, мы слышим шум воды и радостные людские возгласы. Глянув вниз с моста, обнаруживаем, что горожане прямо у подножья дворца устроили городской пляж. Не обычный, с зонтиками и песочком, а
очень своеобразный. Потоки Роси образуют здесь  заводи, пороги и водопады, усыпанные крупными валунами. Вот народ и резвится в бурлящей воде или загорает на коричневых камушках. Рай!

Прямо перед входом в без преувеличения сказочный дворец выставлена советская военная техника – эклектика та еще! Это музей Корсуньской операции. (Сайт историко-архитектурного заповедника, правда,
на украинском языке:
http://www.korsun.ic.ck.ua). Его экспозиция находится и внутри дворца. В сам дворец нас не пустили – мы не купили билеты на входе, не заметив касс, а сотрудники музея ждать отказались – они явно «намылились» по домам, а тут мы со

Корсунь на польской гравюре 1864 г
своими фотоаппаратами. Нам позволили одним глазком глянуть на бывшую парадную залу, уставленную военными экспонатами, и оттеснили нас к выходу. Интерьер давно утратил свою «дворцовость», хотя размеры помещений и впечатляют. Придется, как обычно, дома искать фото залов в Интернете (Нашла. Ничего особенного). Ладно, пойдем любоваться

Интерьеры                                                                                                                                  
окрестностями. Ах, я бы любовалась ими и любовалась! Какое же чудесное место! Здесь соединены мои по-лягушачьи любимые вода и растения, создающие густую тень, и еще нас окружают огромные камни, дышащие прохладой. Спускаемся к реке. Берег низкий, вода – у самых ног. Буквально в метре от берега – течения, обминающие валуны, пенные потоки и звонкие пороги. Хорошо! Приезжайте в Корсунь, сами увидите!


Еще одна часовня 
 

Хозяйственные постройки 
Большой флигель 
 

Крыльцо дворца  


   
Tags: Кагарлык, Киевская область, Корсунь-Шевченковский, Лопухины, Понятовские, Черкасская область, беседки, дворцы, парки, усадьбы
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments