agritura (agritura) wrote,
agritura
agritura

Петрус Кристус (1)


Петрус Кристус "Портрет мужчины с соколом" (автопортрет ?), 1445-1450

После временного охлаждения (в результате пресыщения) вновь потянуло меня на Северный наш на ренессанс. Само слово «Северный» сейчас звучит для меня отрадно и освежающе – не летний я человек, ох не летний; особенно, когда градусник на балконе большую часть светового дня показывает +40. Забирайте, пожалуйста, обратно, свой серотонин и витамин Д и верните мой зонтик. А еще лучше, отвезите меня обратно в Фатерланд и уложите в тенёчке на травку возле шлюза на Финов-канале – у нас там такого зноя не водилось отродясь.


Петрус Кристус. "Портрет молодого мужчины", 1460-е

Так о чем это я? Ах, о художниках же! Помните, мы с вами уже полюбовались работами и порылись в бельишке у Робера Кампена, Рогира ван дер Вейдена и у Яна ван Эйка, а также повосторгались, как водится, Альбрехтом Альбехтовичем, перескочив через 100 лет и в другой конец Европы. Пришла очередь еще одного нидерландского, Господи прости, примитива – Петруса Кристуса.

Загадочный, надо сказать парень. Информации о нем – пара бумажек в старинных городских архивах. Вернее, из важных – всего одна бумажка. Это запись в Портерсбоукен (бюргерская книга) города Брюгге о том, что в 1444 году «Петрус Кристус, сын Петера, рожденный в Барле, купил гражданство 7 дня июля под поручительством Йоса ван дер Донка, с тем, чтобы быть художником».


Современный Брюгге (фото с сайа http://www.fjord.travel)


Да, раньше в крупных городах Бургундских Нидерландов, таких как Брюгге, Антверпен, Гент и т.п., надо было иметь гражданство, чтобы получить разрешение на работу в какой-либо профессиональной гильдии и воспользоваться своим ремеслом с целью добычи денежных средств. Сделать это можно было несколькими способами:
-родиться в этом городе;
-жениться на гражданке города (выйти замуж за гражданина);
-прожить в городе без перерывов 1 год и 1 день;
-купить гражданство.

Что уж там так припекло Кристусу, не известно, но ждать год он не стал, и жениться не захотел (страшны, видать, были брюжанки. Или брюжки?).

И кто такой был Йос ван дер Донк, ручавшийся за приезжего? И почему так много сходства в работах Петеруса с картинами Яна ван Эйка, так, что Кристуса долго считали его учеником? Все бы хорошо, но живший в Брюгге ван Эйк умер… в 1441 году, за три года до получения гражданства Петрусом. А еще не известно, когда Кристус родился. Считается, что в период с 1410 по 1420 год. И умер когда, точно никто не знает – то ли в 1473, то ли в 1475.


Дом в Барле на границе Бельгии и Нидерландов (фото из Википедии)

Зато есть интересная информация о его месте рождении. Помните, в бюргерской книге написано? Город Барле. Сейчас это небольшой поселок на 9000 жителей. Расположен он ровно на границе между Голландией и Бельгией (Северной и Южной частями Бургундских Нидерландов). Граница делит его на две части – Барле-Хартог (Бельгия) и Барле-Нассау (Голландия). Граница – главная достопримечательность Барле. Туристы любят фотографироваться с одной ногой в Бельгии, другой – в Голландии. Некоторые дома стоят прямо на разделительной линии, так что гостиная у жителей таких домов может находиться в одной стране, а кухня – в другой. Представляете себе такое заявление для домашних: «Пойду-ка я в Бельгию в туалет схожу!»?!

Гражданство определяют по входной двери – в какой стране она находится, той страны хозяин и гражданин.
Куда выходила дверь дома отца семейства Кристусов в началее 15 века, не известно, но только ерунда эта с границей существовала уже в то время, а началась она еще в 12 веке, когда один дворянин стал сюзереном другого и отдал ему часть своих земель, а вторую оставил себе. Кстати, вряд ли Кристусы были уроженцами города, скорее всего они были родом из Бреды, что в 20 милях от Барле в Голландскую сторону – здесь в городских архивах часто встречается упоминание этой же фамилии. Есть, правда, и другая идея, что «Кристус» - не фамилия, а прозвище, полученное художником (или еще его отцом) из-за того, что тот удачно изображал лики Христа.


Перус Кристус "Голова Христа". 1444-45, Метрополитен-Музеум.
Очень похожая картина "Vera Icon", написанная ван Эйком, мне кажется, работа Кристуса более зрелая и выразительная:



Ян ван Эйк "Vera Icon" ("Голова Христа"), 1439, 50 Х 39 см, мало на дереве. Альте Пинакотек, Мюнхен.

Надо сказать, Барле и в Средние века был вполне себе задрипанным сельцом, но находился на пересечении нескольких оживленных торговых путей: на полпути от Турне до Тилбурга, равно удален от Утрехта, Брюсселя и Брюгге. Где есть торговля – там богатые люди, где богатство – там страсть к прекрасному, и к живописи в частотности. Так что природная склонность к рисованию у Петруса проявилась в весьма благоприятных условиях, не исключено, что и отец его был живописцем и давал сыну первые уроки. Правда, небольшой городок ни в какое сравнение не шел с процветающим Брюгге, и понятно, что в определенный момент молодой художник решил перебраться туда и даже готов был заплатить немалую сумму денег за возможность работать. Это косвенно нам указывает на то, что приехав в Брюгге, Петрус уже не был начинающим новичком. Если бы он несколько лет учился в Брюгге, он уже через год (и один день) получил бы гражданство автоматически, зачем же ему было платить за это деньги?

По поводу его ученичества у ван Эйка до сих пор идут споры. Некоторые специалисты настаивают, что Кристус заканчивал незавершенные картины Яна ван Эйка после смерти последнего («Святой Иероним», например, и «Мадонна с младенцем, святыми Елизаветой и Варварой и картезианцем-донатором»). Влияние ван Эйк оказал на Петруса колоссальное, и не так уж важно, были ли они при этом знакомы или нет – это явствует даже при беглом взгляде на некоторые его работы. С другой стороны, взаимопроникающие влияния в то время оказали друг на друга почти все художники Севера – тесная это была компания на относительно небольшой территории. Виртуозная точность передачи деталей (таких как тонкие нюансы выражения лица, фотографическая передача текстуры тканей) навсегда остались недоступными для Кристуса, возможно, именно потому, что он не постигал секретов мастерства у ван Эйка, а лишь копировал его приемы уже после смерти мастера.


Петрус Кристус "Успение Богоматери". 1457-1568. 171 Х 138,4 см. Музей искусств в г.Тимкен, Сан-Диего.

В последнее время все чаще обсуждается теория, что гипперреализм ван Эйка – продукт технической хитрости, плутовства с использованием вогнутых зеркал и линз (и не факт, что в то время это считалось плутовством). Кристус такими приемчиками, скорее всего, не владел, хотя его «Картезианец», например, пугающе реалистичен.

В Интернете мелькает также информация, что Кристус унаследовал мастерскую ван Эйка, но нет ссылок на документы, из которых это известно, так что будем расценивать этот факт, как спорный. Известно в то же время, что место главного придворного живописца при дворе бургундского герцога после ван Эйка занял не Петрус Кристус, а Пьер Кустейн, вторичный живописец, известный рисованием гербов, розеток и оформлением празднеств.

Знаем мы также, что Кристус был женат и вместе с женой состоял в двух религиозных братствах – «Святой Марии в снегах» и «Святой Марии Сухого древа». В последнее входили знатные и обеспеченные люди, так что, очевидно, художник вполне себе процветал.

Давайте теперь познакомимся с наиболее значительными работами Петруса Кристуса.
Начнем с «Портрета монаха-картезианца».


Петрус  Кристус "Портрет монаха-картезианца".
1446 год. Нью-Йорк, музей Метрополитен. Масло на дереве, 20 Х 26 см (совсем небольшая картинка).


Это одна из самых удачных работ мастера, и она просто замечательная! Лицо монаха такое реалистичное, такое живое; умные глаза его смотрят вопрошающе и в то же время с едва уловимой иронией. Такие настоящие эта нелепая прическа «в скобочку», жидковатая бородка и еле заметные морщинки на нестаром еще лице. Даже жутко немного – человек умер 570 лет назад, а на нас продолжают пристально смотреть эти молодые беспокойные глаза.


Подпись.

Кто этот человек? Обычный монах? Или аббат из знатных, что более вероятно? Теперь мы вряд ли это узнаем. Вокруг головы его можно рассмотреть едва заметный нимб, довольно корявый, надо казать. Его дорисовали в 17 веке. Возможно, на картине изображен святой Бруно Кельнский, патрон картезианцев. Он был основателем ордена в Шартрезе в 11 веке (Великая Шартреза - Grande Chartreuse, на латыни – Cartusia, отсюда название). Святым его признали как раз в 17 веке (в 1623 году), вот нимб и дорисовали – заслужил же!

Картезианцы существуют до сих пор. Они все так же носят белое и отличаются тем, что много времени проводят в тиши и уединении, проживая в отдельных кельях. Молятся меньше, чем в других орденах, но зато много работают физически.


Франциско де Сурбаран "Святой Гуго Гренобльский в картезианском монастыре", 1630-35

Есть несколько интересных нюансов.
Во-первых, работа подписана, как у ван-Эйка. На подписи мы видим аббревиатуру «XPI» - ее художник использует и в других работах. Расшифровать подпись не сложно: «Петрус Кристус написал меня в 1446 году» - так, от лица картины, подписывался и ван Эйк. Надпись внизу картины имитирует резьбу, выполненную на деревянном бруске, а он, в свою очередь, изображает нижний край «рамки» картины. Этот прием стали широко использовать в 15 веке, он подчеркивал глубину и реалистичность изображения.


"Портрет картезианца" (деталь, портрет мухи:))


Вторая важная деталь – муха на краю нарисованной рамки. Можно с уверенностью сказать, что это первая живописная муха, потом их «развелось» довольно много, позднее художники интенсивно использовали их в «натюрмортах со значением» (ванитас) и «обманках», особенно часто – в 17 веке. Так что здесь Кристус выступает как новатор и родоначальник стиля trompe-l'œil («обманка»). Муха вряд ли просто так гуляет перед носом у картезианца, особенно, если учесть любовь фламандцев к тайным смыслам и символам. Здесь она, скорее всего, символизирует бренность, смерть – не исключено, что человек, который изображен на картине, к моменту окончания работы уже умер. Художник словно извиняется, что увековечил лицо обычного человека, и напоминает, что реальный человек с портрета смертен. Позднее значение мухи в картинах сохранилось – смерть, моменто море, тление, а еще – грех, нечисть. Валар моргулис!

Еще раз обращаю ваше внимание на год создания картины – 1446. Через 2 года после получения гражданства и через 5 лет после смерти ван Эйка. На мой взгляд, это уверенная рука зрелого мастера, а не парня, который еще совсем недавно ходил в учениках.

Еще один потрясающий портрет работы Петруса Кристуса – «Портрет юной дамы», написанный автором на склоне лет – в период 1460-1470.


Петрус Кристус "Портрет юной дамы", 1470-е, Государственный музей в Берлине, 28 Х 21 см.


Немного отвлекусь. «Лицом Возрождения» принято считать Джоконду.
Не думайте, что я оригинальничаю, но знаменитый шедевр Да Винчи мне никогда не нравился. Вернее, не нравилась сама дама (или что оно там такое), изображенная на картине. И не потому, что она приелась и «намылила глаз». Джоконда лично мне всегда казалась какой-то зловещей, вызывающей смутное беспокойство, весьма далекое от эстетического удовольствия. Есть в ней что-то такое странное, тревожащее, неправильное. Не зря исследователи уже несколько веков ломают голову над ее загадкой. И вообще, если честно, она просто уродина!


Деталь



Деталь ( а она, кажись, рыжая!)


Как по мне – вот оно, лицо Возрождения! Такая нереально утонченная, полупрозрачная дама, но несомненно написанная с натуры, а не абстрактно-идеалистичная. Если присмотреться, она совсем молоденькая, по нашим понятиям – еще ребенок, лет 12-13 (во сколько там у них начинался «возраст согласия», кто в курсе?). Но это уже, конечно, Дама – нездешний взгляд немного свысока, гордо поджатые губы, вычурный средневековый наряд и дорогие украшения. На репродукциях с хорошим разрешением видно, как тогда носили тоненькие золотые цепочки – к середине верхнего края лифа платья прикалывалась булавка, и к ней крепилась цепочка, чтобы не провисала, а была натянута, как лучики, идущие от шеи.


Булавочка на лифе


Мастерство художника в этой работе блистает в полную силу! Прелестница выглядела бы обычной сопливой девчонкой – посмотрите, вокруг полно таких, - если бы рука Мастера, поймавшего удачный ракурс, не придала ей особое очарование и изысканность. Теперь это Прекрасная Дама На Века. Браво, Петрус!

Еще одна работа – «Святой Элигий в мастерской».


Петрус Кристус "Святой Элигий или Ювелир в мастерской", 1449, 98 Х 85 см, Собрание Леман, Нью-Йорк.

Здесь тоже есть элементы «Обманки» - обрамлением картины является край стола (или широкий подоконник?) и оконная рама. Зритель словно находится снаружи, на улице, а участники сцены в помещении. Несмотря на некоторое несовершенство ряда деталей, картина также является по-своему новаторской. Разберем «по косточкам».


Дойч Николаус Мануэль "Святой Элигий в мастерской", 1515

Тоже подписана: автор и год – 1449. Здесь отчетливо видно различие стилей Яна ван Эйка и Петруса Кристуса. В чем-то Петрус, несомненно, слабее:

1) Лица плосковаты, «стереоскопичны». Исследователи шутят: «яйцеголовые Кристуса». Есть немного, да.
2) Изломаны и нарушены пропорции – с руками дамы явно какой-то непорядок.
3) Объемы условны, особенно это заметно в передаче складок ткани, нет той тонкости и точности в изображении текстуры – у ван Эйка это выглядело шедеврально, Кристус же не всегда в этом силен (у «Картезианца» одеяние безукоризненное, кстати; может, все-таки линзы?).


Текстура ткани у ван Эйка (слева, "Мадонна каноника ван дер Пале") и у Кристуса.

4) Довольно примитивно переданы украшения – ван Эйк опять же делал это просто блестяще – ведь будучи придворным художником (дизайнером, как сказали бы сейчас, что точнее), он разрабатывал эскизы ювелирных изделий в том числе. Так что его короны, броши и диадемы прекрасны до боли в глазах.


Броши и акульи зубы на стене мастерской.

Интересно предназначение картины. Не ясно до сих пор, это был религиозный или светский заказ, тем более что необычная композиция картины не позволяет нам понять, кто здесь главный.

Версии следующие:
1) Это изображение святого Элигия, покровителя ювелиров и чеканщиков, жившего в Болоньи в 6-7 веке, активно проповедовавшего и обращавшего язычников в христианство. В молодости Элигий был ювелиром, потом чеканщиком монет, потом казначеем, а потом уже епископом. Так что его изображают либо в епископском облачении, либо в одежде ремесленника, как здесь. Картину могли заказать члены гильдии ювелиров для какой-нибудь «корпоративной» часовни.


Сосуды на полке в мастерской

2) «Свадебное изображение» - мы видим обручение. Молодая пара в лавке ювелира выбирает обручальное кольцо. Надо сказать, лица молодых немного условные, сложно предположить, что это реальные люди, позировавшие для своих портретов. Орден на шее парня, рукоятка богатого меча и раззолоченные одеяния говорят о том, что это представители высшего класса, знатные и богатые горожане. Не исключено, что «обручальный портрет» писался заочно, и носил функцию документа. Подобную же функцию, если помните, предполагают, по одной из версий, у «Портрета семьи Арнольфини» ван Эйка.


Портрет четы Арнольфини Яна ван Эйка мы с вами уже изучали и даже пекли соответствующий торт.


Там в выпуклом зеркале на стене отражаются те, кто явно для портрета не позируют – возможно, свидетели обручения. На голове одного из парочки в отражении красуется красный тюрбан, считается, что это сам ван Эйк, любивший к месту и не к месту «вставлять» в картины свой незаметный автопортрет в красном тюрбане.


Зеркало ван Эйка

На картине Кристуса тоже есть выпуклое зеркало, в котором отражаются два мужчины, наблюдающие за происходящим с улицы. Тоже свидетели обручения? Или просто потенциальные клиенты ювелира? Богатые, судя по всему, люди – у одного из них в руках сокол, а соколиная охота была излюбленным (и очень дорогим) развлечением знати. Интересно, что существует графический портрет мужчины с соколом в руках работы Кристуса (вверху поста). Многие исследователи предполагают, что это автопортрет. Может быть, сокол в руках – это такой же «авторский логотип», как красный тюрбан ван Эйка? Так что и в этом Петрус пытается брать пример со своего идола.


Зеркало Кристуса


3) Это просто жанровая сценка – симпатичная и не перегруженная тайными смыслами (если такое вообще бывает у нидерландских художников Возрождения). Если так, то это первая жанровая сцена в живописи. Даже если смыслы все-таки есть, и это религиозная картина или светский портрет, элементы жанровой сцены очевидны, и здесь Кристус стал первым в своем роде.

Детали:












Очень интересны детали, которые можно рассматривать долго и увлеченно.
Потом мы увидим подобное у художников «Золотого века» Голландской живописи, "написавших портрет" своего времени; детали одежды, интерьера, инструменты и материалы ювелира – все это позволяет представить себе, в каких условиях  работал золотых дел мастер в 15 веке, и чем он занимался. Вот мне еще интересно, что за пояс лежит на столе на переднем плане?

Что-то много получилось. Не продолжить ли в следующем посте?

ПРОДОЛЖЕНИЕ


Информацию беру в книгах, интернете, лекции dr. Vida Hull в ютубе.
Tags: Петрус Кристус, Северный ренессанс, Ян ван Эйк, нидерландские примитивы, разговоры об искусстве, ренессанс, художники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments