agritura (agritura) wrote,
agritura
agritura

"Игра престолов". Исторические параллели - правители и бастарды



Мы уже с вами обсудили роль женщин в «Игре престолов» и в том, что намного менее важно – мировой истории; теперь речь пойдет о бастардах.

Как становление «бабьих царств» пришилось на 6 сезон «Престолов», так и основная движуха с бастардами происходила тогда же.  Правда, не факт, что авторы не вернуться к этой теме еще раз – в каждом сериале когда-нибудь обязательно звучат слова: «Я должен тебе признаться, она – твоя сестра» (ну, или брат, тетя, дочь и т.п.), так что латиноамериканские повороты сюжета нас вполне еще могут ожидать.

Не совсем понятно, что там делали Джон и Дейнерис в пещере в 4 серии 7 сезона - явно имел место какой-то «монтаж» между сценой рассматривания нарисованных только что самим Джоном петроглифов и объявлением о сотрудничестве. Если они там делали детей, то это как-то нехорошо, ведь тогда получается, что няшный мальчик Бровки-Домиком залез на собственную тётю. Так что либо авторам такие кровосмесительные расклады пофигу после всей той чертовщины, которую они уже намутили, либо Джон никакой не Таргариен (а вдруг Лианна перед похищением успела с Робертом «подружиться» и ребенок от него?), либо Дейнерис никакой не Таргариен, что совсем уже маловероятно ввиду ее феноменальной термостойкости. А может, ничего у них и не будет – слишком это предсказуемо, да и голыми сиськами Дейнерис зрителя уже не удивишь, пора бы для Джона (да и для нас всех) раздеть кого-нибудь другого.

И странно долго что-то не появлялся еще один бастард - мальчик-кузнец, покусанный пиявками Красной жрицы, он вот-вот должен бы приплыть обратно на своей лодочке в самый неподходящий момент.

Я была не права, сказав ранее, что сериал движут одни женщины, а мужчины без физических изъянов выполняют роль декораций. Бастарды тоже иногда шевелятся, причем обоего пола. Это вполне объяснимо: будешь жевать сопли – дальше кузни тебя никуда не пустят – все как у реальных бастардов на исторической сцене. Пошли смотреть исторические аналогии.
В наше время незаконнорождённостью особо никого не удивишь, в некоторых европейских странах 30-40% детей рождается вне брака, а в Латинской Америке, оказывается, и того больше. Так, конечно, было не всегда, еще совсем недавно к бастардам относились неважнецки (в Азии и до сих пор относятся), недаром в английском языке это слово сильно ругательное, как и в русском – слово «ублюдок» («рожденный в блуде»). Бастарды частенько не имели прав ни на что – ни на отцовское имя, ни на наследство. Более того, их всю жизнь преследовали насмешки и поношение, ни в чем не повинные плоды необдуманной страсти страдали не менее, чем их непутевые мамаши. Женщине, забеременевшей вне брака, приходилось совсем тяжко (вспомните шевченковскую Катерину), причем как крестьянке, так и знатной даме.


Т.Г.Шевченко "Катерина", 1843, масло, холст

На меня очень сильное впечатление произвела судьба несчастной княжны Варвары Туркестановой, фрейлины императрицы Марии Федоровны (жены Павла Первого). Она была уже многоопытная и бывалая придворная дама, незамужняя и не очень молодая, но все еще яркая и экзотичная (грузинка по происхождению), когда с ней произошло страшное несчастье, настоящий позор по тем временам – она забеременела. Несчастная родила девочку и умерла через две недели в страшных мучениях – все в один голос говорили, что она приняла яд, не вынеся стыда. Молва приписывала ей одновременную связь с императором Александром и молодым князем Василием Голицыным (ей было 43, ему 24), повесой и балагуром. Голицын после этой истории был крайне подавлен, даже забрал девочку к себе и воспитал ее. Говорили также, что он сделал это, чтобы обелить имя государя. Другие обвиняли во всем самого Голицына – якобы он не только нашкодил, но и всем разболтал о позоре княжны.
После смерти Варвары все очень сокрушались, жалели ее и вспоминали, какая она была умная и чудесная, но еще не известно, какая судьба ждала бы женщину, останься она в живых.


Варвара Ильинична Туркестанова (Туркестанишвили). Говорят, художник Иван Крамской увидел эту камею, вдохновился и написал свою "Незнакомку":



Иногда незаконнорожденным везло – их признавали и наделяли практически равными правами с законными детьми. Правда, даже почти признанных бастардов норовили как-нибудь отметить: например, они имели право носить герб отца, но жезл или меч на гербе был склонен в левую сторону, словно указывая, в каком направлении некогда сходил папаша владельца герба к большому неудовольствию своей законной супруги. Чаще по гербу шла перевязь налево, чтобы все могли видеть, с кем имеют дело.

В «Игре престолов», как известно, бастардов тоже отмечают - им обычно выдают пёсиков: либо много голодных, либо всего одного, но зато альбиноса с красными глазами.

Из реальной истории авторы сериала взяли и единые фамилии для бастардов – на Севере это Сноу («снег»), на Юге – Сэнд («песок»), так что само имя говорит, что его носитель – незаконный отпрыск. Нечто подобное существовало и в Англии – приставка «Фиц» к фамилии означала королевского бастарда.

Например, фамилию Фицрой носил внебрачный сын Генриха VIII и три внебрачных ребенка Карла II, еще один его бастард был Фицчарльз (Чарльз – это Карл и есть). Незаконным отпрыскам короля Якова II (его брата) давали фамилии Фицджеймс (Яков – это мы его так зовем, вообще-то он был Джеймс).


Король Англии Карл II. Работа Джона Майкла Райта

К слову, упомянутые два короля-брата на детородной ниве трудились неустанно: у Карла было 14 только признанных бастардов (сколько кудрявых младенцев от него нарожали всякие там крестьянки и трактирщицы, вообще не ясно), и это за 54 года жизни! При этом у него не получилось ни одного законного ребенка, видимо, проблемы были у жены, поэтому трон после его смерти перешел брату. Яков тоже не терялся, не отставая от своего брата – от первого брака у него было 8 детей, от второго – 7, правда из всей этой толпы выжило всего четверо, также две его метрессы нарожали еще пять бастардов. Я так понимаю, небывалая сексуальная активность была результатом пережитого в юности стресса – отцу братьев отрубили голову, и Карл II даже тайно присутствовал при казни (посмотрите сериал «Последний король», там отлично рассказана история его жизни). Так что, наверное, два брата-акробата «затрахивали» детскую травму, как у женщин принято стрессы «заедать». Это, конечно, шутка, плодовитость им досталась по наследству – у их отца, Карла I, было законных 9 детей (правда не все выжили).
Яков II и Карл II весь свои приплод признавали и давали титулы, существенно пополнив ряды пэров Англии.


Два мальчика – слева и посередине – в свое время станут главными «поставщиками» поголовья английских пэров (Антонис ван Дэйк «Портрет старших детей короля Карла I»). Справа – их сестра Мария Генриетта

Правда, на трон Англии такие отпрыски претендовать не могли – это обычно плохо заканчивалось. Так, после смерти Карла II его сын Джеймс Скотт, герцог Монмут поднял восстание против дяди-короля, но был разбит в сражении герцогом Мальборо и затем казнен. Это была не Битва бастардов, но все равно знаковое сражение – оно пока стало последним на английской земле. А еще в нем на стороне повстанцев учувствовал 25-летний Даниэль Дефо (странно, ему это как-то сошло с рук, но в тюрьму он все-таки загудел через много лет – за свои едкие памфлеты). Для настоящей, сериальной «Битвой бастардов» прототипом стала реальная битва при Азенкуре, где малочисленные войска англичан разбили огромное войско французов – это практически стало началом конца Столетней войны.

К слову, ветвь незаконного потомства Якова II плодится до сих пор – через Леди Ди его потомками являются принцы Гарри и Уильям.

Естественно, что многих бастардов не устраивало пребывание на задворках истории (ведь в глубине души каждый нормальный человек хочет обычного, серого пёсика, а не бракованного альбиноса) и они буквально из трусов выпрыгивали, чтобы доказать, что ничем не хуже, а то и лучше, чем законнорождённые.


"Бли-и-ин! Я тоже серого хотел!"

Некоторым, особо упорным и одаренным, это удавалось. Как известно, бастардами были Конфуций, Леонардо да Винчи, авантюрист Лоуренс Аравийский, военачальник Ганнибал (тот самый, который гонял слонов через Альпы), Ева Перон и даже изобретатель первого сантехнического андроида Корней Иванович Чуковский. Джек Николсон уже в зрелом возрасте выяснил, что он – незаконнорожденный сын своей собственной старшей сестры, вернее той, кого он ею до этого считал. Большинство же бастардов о своем происхождении знают с пеленок, и окружающие не дают им об этом забыть.


Знаменитые бастарды. Корнею Ивановичу тоже выдали песика.

Плохо, конечно, незаконнорождённому не особо высокого происхождения – как, например, Чуковскому, мама которого была горничной из крестьян и слюбилась с хозяйским сыном из богатой еврейской семьи. Им страсти телесныя, а маленькому Коле потом терпи (он на самом деле был Николай Корнейчуков): прицепится какая-нибудь пожилая вдова ювелира, или там мадам аптекарша, станет долго всматриваться испытующим взглядом, а потом вздохнет разочарованно: «Да, похож… Но не наш».

А высокородным еще хуже.

Проклятие темного происхождения тяготело и над вполне законными монархами – мы уже вспоминали с вами Елену Глинскую и ее сына Ванечку Грозного, насчет тайны рождения которого у окружающих всегда были тягостные подозрения. Да и Павла Первого его деспотичная родительница всю жизнь держала в черном теле, намекая, что если он будет упорно клянчить у нее трон, она расскажет всем, что его папашей был не Петр Третий, а Сергей Салтыков. Да и придворные об этом шептались, пока Павлик не подрос. Думаю, и императрица лукавила, и придворные наговаривали. Чтобы в этом убедиться, достаточно взглянуть на эти два портрета:


Слева – Петр, посередине – Павел, справа - Салтыков. Сказать по правде, на этом портрете Павла и с Салтыковым есть некоторое сходство. Сохранились гравюры с профилем Салтыкова, на которых видно, что у него красивый греческий нос, у Павла же нос, как розетка, как и у его отца.

Есть забавный исторический анекдот на эту тему. Когда Александру III историк сказал, что скорее всего Павел был сыном Салтыкова, царь перекрестился и произнес: «Слава Богу, мы русские!». Другой историк очень обстоятельно стал доказывать, что Павел – сын Петра III, Александр выслушал его, перекрестился и сказал: «Слава Богу, мы законные!».

Как и у Павла, похожая ситуация сложилась и у английского короля из династии Йорков Эдуарда IV – когда он был удобен окружающим, ему позволяли более-менее спокойно править, когда его становилось слишком много, как бы случайно у кого-нибудь в памяти всплывали эпизоды далекой юности его матери: мол, одно время она более охотно проводила время не в обществе короля, а в компании красивого лучника-гвардейца. А вот младший брат Эдуарда, Джордж, родился, когда никакого лучника уже в помине не было. Интересно, что сплетни эти наиболее активно распространял влиятельный царедворец Ричард Невилл, на дочери которого Джордж был женат.

Да что там давно забытые Плантагенеты – блистательную Елизавету Тюдор собственный отец когда-то объявил бастардом, чтобы оградить от ее возможных притязаний на престол других своих будущих отпрысков. По иронии судьбы, с отпрысками так и не сложилось, Елизавета все-таки заняла трон и просидела на нем 45 лет. А над утверждением кобелирующего папашки о ее незаконнорожденности дружно посмеялся весь двор, а заодно и Ватикан – уж больно сам Генрих в свое время постарался, чтобы убедить всех в обратном. Да и опять же, посмотрите на портреты. О чем здесь говорить?:



Слева – портрет Генриха в молодости, посередине – Елизавета, справа – Генри Кэри, которого считали бастардом Генриха. Сказать по справедливости, явное сходство Бет и Генри может объясняться родством и по линии матерей – они были родными сестрами (Анна и Мария Болейн, Генрих «дружил» с ними обеими).

На Генриха все дано махнули рукой – ведь когда-то он и первый свой брак с Екатериной Арагонской объявил недействительным. И вообще, как он только не изгалялся, чтобы заполучить наследника мужского пола: шесть раз женился, причем двум женам из шести отрубил головы, а с одной даже в койку не лег, поссорился с папой, даже веру сменил, а мальчик после всего этого брачного многоборья получился только один, да и тот рано умер. По злой иронии, у Генриха было полно бастардов (6 по крайней мере) и среди них – мальчики. Так что правили в конечном итоге по очереди две «недействительные» девочки от первых двух браков. В деталях морального облика их мам никто особо не ковырялся: англичане хорошо помнили, чем заканчиваются династические кризисы – ведь из-за одного из них началась Столетняя война.
Сам Генрих на портретах в зрелом возрасте напоминает мне сериального Роберта Баратеона - тоже, видать, пожрать любил.

Эдуард IV, Мария Кровавая, Елизавета I, Иван Грозный, Павел I – это все законные правители, чьих мам обвиняли в не слишком тяжелом поведении; это всю жизнь доставляло им много хлопот. А что уж говорить о тех, чье низкое происхождение было очевидно и всем известно.

Пожалуй, самый знаменитый и воинственный бастард в мировой истории – Вильгельм Завоеватель. Его второе прозвище, которое он носил в юности – Гильом Бастард. Он был сыном нормандского герцога Роберта Дьявола и девушки незнатного происхождения. Мать происходила из вполне зажиточной семьи, но это была семья кожевников (или дубильщиков). Сказать по правде, это было еще то время, когда нормандская знать относительно недавно приняла христианство, и пока все к церковному венчанию относились спокойнее, чем через перу-тройку веков – многие лорды жили со своими любовницами невенчанными. Кроме того, Вильгельм был единственным сыном герцога, сам Роберт Дьявол в его родословной копаться был не намерен, он без колебаний сделал своего любимого сына наследником. Тем не менее, враги Вильгельма не упускали случая подковырнуть его, и лучшим способом для этого было напомнить, что он – внук кожевника.


Вильгельм Завоеватель. Это не пожизненный портрет, он был написан в XVI веке. Вильгельм был высок ростом, склонен к полноте и стал рано лысеть. Волосы стриг очень коротко.

Однажды в 1048 году во время войны с анжуйцами армия Вильгельма осадила Алансон. У жителей города было как-то все плохо с инстинктом самосохранения, и они, чтобы позлить норманна вывесили на стены коровьи шкуры, выкрикивая: «А вот кожи для дубильщика!». Вильгельм шутку оценил, но не одобрил. Через стены на городские улицы полетели головы 32 казненных знатных горожан, которых отряд норманнов захватил накануне. Шкуры быстренько убрали и пошли с хлебом-солью открывать ворота и объяснять, что совсем не то имели в виду.

Возможно, упорство и азарт Вильгельма объяснялись именно тем, что с самого рождения его на его самолюбии зияли незаживающие раны. Именно они (а еще немого - военный талант и благосклонность фортуны) помогли Вильгельму завоевать Англию и начать писать историю страны заново, будто с чистого листа.

Так что коровью шкуру Вильгельм вполне мог бы поместить на свой флаг, и тогда его фамильный герб смахивал бы на флаг Болтонов; кто там будет издали разбираться, что там намалевано – коровья кожа или человек вообще без кожи. Сказать по справедливости, на очаровательного Рамси (да и на его милого папу) он совсем не походил. При всем своем напоре и энергичности, Вильгельм был чужд бессмысленной жестокости. Он и в браке был верен; считается, что жене он не изменял, у него было 10 законных детей, а о бастардах сведений не сохранилось – Вильгельм явно не хотел плодить ублюдков, хорошо помня, каково им приходится.


"Владимир и Рогнеда". Обожаю эту смешную картину Антона Лосенко:
РОГНЕДА. Ох, как тятю с братцами жалко!
ВЛАДИМИР. Полно те, душа моя, лягемте в койку!
СЛУЖАНКА (про себя). Да придуривается она, тяни ее силой!


Еще один знаменитый правитель из бастардов – великий князь Киевский Владимир, креститель Руси. Его отцом был языческий князь Святослав и ключница Малуша. Знаменита история его «женитьбы» на полоцкой княжне Рогнеде. Поначалу, как известно, Владимир, будучи еще князем новгородским, по-хорошему посватался к Рогнеде, но она заявила: «Не хочу за робичича!» (сына рабыни) – она хотела замуж за брата Владимира, киевского князя Ярополка. Это была большая ошибка! Как известно, лучше больное место у бастарда не ковырять, а особенно если он вооружен и имеет хорошую дружину.
Владимир осадил и захватил Полоцк, изнасиловал строптивую Рогнеду на глазах братьев и отца, а затем убил их. Потом и брата своего Ярополка тоже порешил, заняв Киевский престол. Рогнеду он взял в жены насильно, она родила ему несколько детей, а потом была удалена от двора, так как Владимир принял христианство и решил жениться на византийской принцессе. Вот такой вот «робичич»!


Жан де Дюнуа (жутко похож на актера Лева Шрайбера)

Расскажу вам о еще двух прославленных бастардах, которые жили в мой любимый исторический период – XV век, век Фламандских примитивов. Причем один из них с этим художественным направлением был косвенно связан, но о нем позднее, он младше по возрасту. Эти два бастарда остались в истории, как люди честные и благородные, как Джон Сноу (надеюсь, они при этом не были настолько же малахольными). Речь идет о Жане де Дюнуа, Бастарде Орлеанском, и Антуане, Великом бастарде Бургундском.

Жан был бастардом герцога Людовика I, фактического регента при безумном короле Франции, Антуан – Филиппа Доброго, герцога Бургундии (покровителя искусств и патрона Яна ван Эйка). Отец первого из наших героев-бастардов был убит среди бела дня прямо на улице по приказу деда второго бастарда (речь идет о Жане Бесстрашном, герцоге Бургундском, отце Филиппа Доброго).  Людовику I убийцы отсекли руку и секирой разрубили голову. Через 12 лет самого Жана Бесстрашного во время переговоров убили точно также – отрубили руку и разнесли голову. Это было сделано уже по приказу Карла VII, племянника его жертвы. История подлая и кровавая – вполне в духе «Игры престолов». Все это происходило во время противостояния французов и бургундцев в ходе Столетней войны, последние в самом ее конце приняли сторону англичан.


Убийство Людовика Орлеанского. Миниатюра из манускрипта

Жан не сразу получил графский титул де Дюнуа, поначалу он был просто Жан Бастард Орлеанский. Его отец Людовик бы сыном короля Карла Мудрого и младшим братом короля Карла Безумного. Как видите, во Франции был свой Безумный Король, правда, он не приказывал «всех сжечь», он считал себя хрустальным сосудом и боялся, что его разобьют ненароком. Так как он действительно был безумен, как мартовский заяц, фактически правил Людовик. Бастарда он забрал в свою семью, это было обычной практикой, мать его, весьма знатную, надо сказать, девицу, выдали замуж за немолодого вельможу. Когда Людовика убили, а вскоре умерла и его жена, всех его детей, включая Жана, стали воспитывать вместе с детьми короля (безумный-не безумный, а 13 отпрысков наплодил). Когда Карл VII взошел на престол (а случилось это случайно – он был в очереди третьим, но два предыдущих дофина умерли совсем юными), он еще больше приблизил к себе кузена-бастарда, приятеля по детским играм (они были ровесниками) – он всегда очень ценил его преданность и честность, сохранись даже задокументированные его хвалебные отзывы.


Жан Бастард на миниатюре. Позади - его герб с перевевязью налево

Жан Бастард прославился многочисленными военными подвигами, побывал во многих сражениях, был соратником Жанны Д’Арк и даже выступал защитником на ее реабилитационном процессе. При его участии был заключен знаменитый Аррасский мир, по которому Бургундия переходила на сторону Франции в борьбе с англичанами. О положении Жана в государстве свидетельствуют многочисленные титулы – не меньше, чем у Дейнерис. Один из них – Великий Камергер Франции.
Не уверенна, что Антуан Бастард Бургундский мог хотя бы издали встречаться с Жаном Орлеанским на полях сражений - когда был заключен Аррасский мир, ему было всего 12 лет (Жану – 31 год).


Рогир ван дер Вейден. Портрет герцога Филиппа Доброго

Отец Антуана, Филипп Добрый, брал его в сражения с 20 лет, причем в 1452 году в сражении погиб его старший брат по матери, Корнель. С тех пор Антуана стали звать Великим Бастардом (т.е. старшим). Надо сказать, папаша его, Филипп Добрый отличился покруче всех перечисленных правителей – у него было аж 17 признанных им бастардов! Это при том, что законный сын у него был всего один, да и тот погиб относительно молодым (Карл Смелый пал в битве при Нанси в 43 года, таким образом пресеклась Бургундская ветвь Валуа). Так что все эти генрихи, карлы и яковы просто мальчики в песочнице. Даже Роберт Баратеон до него недотягивает – помните, гадалка сообщила в детстве Серсее, что у ее мужа-короля будет 10 детей.


"Беременная красота" ранней нидерландской живописи (слева направо красавицы ван Эйка, Мемлинга, мемлинга, Хуго ван дер Гуса)

Бургундскому дому жутко не повезло с женщинами – первая супруга герцога Филиппа умерла молодой, она успела родить только одну девочку, которая умерла в младенчестве. Второй брак тоже был коротким и бездетным. Третьей супруге, Изабелле Португальской, было уже за тридцать, когда она вышла замуж за Филиппа. Первые две беременности закончились неудачно – первый мальчик прожил 4 месяца, второй – две недели. И только в 36 лет она родила сына, который выжил и стал потом Карлом Смелым.


Рогир ван дер Вейден. Портрет Изабеллы Португальской

Не мудрено, что художники в то время всех «красавиц» изображали обязательно с круглым животом – с таким высоким уровнем младенческой (да и материнской смертности), вопрос деторождения в правящих домах был очень важен и иногда решался непросто.


Рогир ван дер Вейден. Портрет Антуана Бастарда Бургунского (1463). Он, к слову, был лучшим лучником своего времени

Антуан был намного старше Карла, законного сына, и как самый настоящий старший брат он всю жизнь опекал герцога, помогал советом и своим мечом, если было надо. Самое главное - он был ему предан буквально до гробовой доски. Как славный воин, он тоже прославился в сражениях; как и Жан Орлеанский, был в свое время камергером, ему одним из первых был вручен династический Орден Золотого руна.


Герб Антуана

За отвагу он получил орден Святого Михаила. Интересно, что герцог Карл Смелый для своего положения вел довольно аскетичный образ жизни и был довольно скромен, в то же время бастард Антуан, напротив, обожал роскошь, был покровителем искусств, коллекционировал манускрипты и… не пропускал ни одной юбки (от папы это унаследовал). Прожил он невероятно долгую для того времени жизнь – 83 года. Пережил он не только Карла Смелого, но и его единственную дочь Марию Бургундскую.


Ханс Мемлинг. Портрет Антуана Бастарда Бургунского (1467-70)

Сохранилось как минимум два прижизненных портрета Антуана – один работы Рогира ван дер Вейдена, второй – Ханса Мемлинга. Исследователи не уверенны, что на первом изображен именно Антуан, у меня же это сомнения не вызывает – достаточно сравнить его со вторым.

Раз уж мы заговорили о портретах, следует упомянуть еще одного бастарда герцога Филиппа – на этот раз женщину. Самый потрясающий и узнаваемы портрет эпохи Фламандских примитивов – «Портрет дамы», написанный в 1460 году Рогиром ван дер Вейденом, именно он прославил эту даму, о ней самой мало что известно. Предполагают, что это портрет Мари де Валенгин, незаконнорождённой дочери Филиппа Доброго. Мари родилась в 1425 году у одной из любовниц герцога, Жанны Кастельен, таким образом, в момент написания портрета ей должно быть около 35 лет, правда девушка на картине мне кажется моложе. Мари была замужем за графом Пьером де Бофремоном, казначеем Филиппа, прожила она 50 лет.


Рогир ван дер Вейден. Портрет дамы (1460)

При всей утонченности лица девушка не кажется слабой и уязвимой, ее твердый характер выдает капризно надутая нижняя губа – такая же, как у Антуана Бастарда; ведь если это действительно Мари де Валенгин, они с Антуаном сводные брат с сестрой. Такая же оттопыренная губа и у Карла Смелого – видимо, это черта, унаследованная всеми тремя от отца.


Рогир ван дер Вейден. "Портрет Карла Смелого" (1460-е)

Как видите, даме ее спорное происхождение не помешало, она была знатной и благополучной – как Эллария Сенд. Видимо нравы в Бургундии напоминали нравы развращенного и блистательного Дорна.


А как же Рамси? Кого можно считать его прототипом?

Я лично настолько придурковатых бастардов поначалу не могла припомнить, но потом все-таки всплыл в памяти один псих. Это Юлий Цезарь Австрийский, бастард императора Священной Римской империи Рудольфа II Габсбурга. Он жил в Чехии и унаследовал от отца психическую болезнь. Правда, Рудольф был тихо помешанный – у него была склонность к депрессии, но при этом он был довольно интересным человеком -  покровительствовал наукам и искусствам, а вот сынишка у него был настоящий буйный маньяк. Отец убрал его с глаз подальше и выделил ему в качестве резиденции замок – он называется сейчас Чешский Крумлов.


Арчимбольдо. "Портрет императора Рудольфа II в образе бога изобилия Вертумна"

В определенный момент психическое здоровье Юлия стало стремительно ухудшаться, и в припадке гнева он избил и изрезал ножом свою любовницу, дочь цирюльника. Бездыханную девушку он выбросил из окна, так как решил, что она умерла. На этот раз она выжила, родители еле выходили ее, но Юлий узнал, что она жива, и стал требовать ее обратно. Естественно ему отказали, и тогда он бросил в темницу отца несчастной, обещая его убить. Бастард продолжал таскаться к жене цирюльника, угрожая ей и запугивая, пока она не выдала ему дочь. Во время очередного припадка он зарезал девушку, отрезал голову и расчленил тело.

Это событие вызвало ужас всех подданных императора, да и у него самого. Рудольф приказал бросить сына в тюрьму, где он через несколько лет и скончался в возрасте 25 лет. Последние месяцы заточения он совсем потерял человеческий облик, не моясь, не позволяя за собой убирать и отказываясь от еды.


Санчес Коэльо Алонсо "Портрет дона Хуана Австрийского"

Еще один интересный бастард, некоторыми чертами напоминающий Рамси – дон Хуан Австрийский, незаконнорожденный сын короля Испании Карла V, сводный брат Филиппа II. Карл в завещании признал его, и Филипп, повинуясь воле отца, приблизил Хуана ко двору, где его окружили роскошью и почитанием. Он водил дружбу с безумным доном Карлосом, обучался в университете, руководил эскадрой и громил корсаров, и вообще военачальник он был блистательный и непобедимый. Хуан был отважен до безумия, но также безумно амбициозен. Он все время требовал для себя отдельно королевство – то мечтал оставить себе завоеванный Тунис, то планировать освободить Марию Стюарт и жениться на ней. В конечном итоге его неуемная активность вызвала недовольство Филиппа II. Особенно обострилась ситуация, когда Хуан вдруг стал раскланиваться с голландцами, обещая им поддержку и покровительство. Не известно, чем бы это закончилось, если бы дон Хуан не умер от неизвестной скоротечной инфекции и возрасте 32 лет. А еще он был страстный любитель шахмат, играл просто замечательно.


Луиджи Муссони "Шахматный турнир при дворе короля Филиппа". Дон Хуан сидит справа в кирасе

Вот такие бастарды. В сериале я их пока насчитала 11 (включая девочку-младенца, убитую в борделе, и всех троих детей Серсеи; дети мерзкого Крастера не в счет, они нам только статистику испортят). В истории, как видите, их тоже было немало.

А на прощание Рамси споет вам грустную песню про тяжелую жизнь бастардов:


Tags: Игра престолов, кино, музыкойнавеяло, нидерландские примитивы, сериалы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments