agritura (agritura) wrote,
agritura
agritura

Рогир ван дер Вейден. Четыре лика святого Луки (текст и новое видео)


Рогир ван дер Вейден «Святой Лука пишущий портрет Мадонны с Младенцем». Фрагмент Бостонской картины

У меня кода-то уже был рассказ о Рогире ван дер Вейдене, но он был обзорный и не очень удачный. Думаю, есть смысл подробнее остановиться на некоторых его работах, ведь его значимость в Ранней Нидерландской живописи практически равнозначно Яну ван Эйку, он разве что несколько уступает в живописной технике.



Я залила новое видео (второе о Рогире) на свой канал, кому облом читать, можете посмотреть и послушать, там о «Луке» есть немного.

Также подобный рассказ есть в моей книге, но не все же кинулись ее скачивать и читать, так что здесь можно с некоторыми фрагментами повествования ознакомиться. Кроме того, если вы думаете, что я просто взяла кусок из книги и тупо вставила его в блог, то вы меня плохо знаете - простых путей мы не ищем!



Рогир ван дер Вейден «Святой Лука пишущий портрет Мадонны с Младенцем». 137 × 110 см (Бостонская версия)

Существует версия, предполагающая, что картина была написана в честь назначения ван дер Вейдена главой гильдии святого Луки и главным городским художником Брюсселя. Это весьма возможно, ведь в образе святого Луки художник скорее всего изобразил себя Традиция «присваивать» апостолу-иконописцу свое лицо, появилось у художников как раз в XV, и не исключено, что начал ее как раз Рогир ван дер Вейден. Святой Лука-евангелист издавна считался покровителем живописцев и, соответственно, покровителем гильдии художников. Кстати, интересно, что в Брюсселе это была гильдия художников и седельщиков, вероятнее всего потому, что седла делали из тисненной кожи, на которой продавливали узоры и изображения. Видимо, это ремесло считалось чем-то сходным с живописью.


"Евангелист Лука, пишущий икону Богородицы". Русская икона XVI века

Святой Лука не был одним из 12 ближайших апостолов, но был учеником и сподвижником Христа («апостол из семидесяти»). Считается, что он написал третье по счету евангелие Нового завета (синоптическое), содержащее много деталей из жизни Иисуса и его близких, которых не было в других евангелиях – это говорит о том, что Лука входил в круг приближенных Христа. Считается, что Лука был врачом, в своем евангелии он называет себя лекарем и очень подробно описывает симптомы заболеваний, которые на его глазах излечивал Спаситель. Что для нас важно для нашего рассказа, он же по более поздней легенде был первым художником, написавшим икону с ликом Богородицы.


Фрагмент картины и рисунок Рогира ван дер Вейдена из Лувра (все картинки в посте кликабельны)

Если такой персонаж существовал исторически, был он человеком незаурядным – весьма образованным и всесторонне одаренным: лекарь, художник и писатель в одном лице (прям как я, Господи). Ведь апостолы, в основном, были очень простыми людьми – рыбаками, ремесленниками, да и сам Христос был из семьи плотника (кровельщика, «тектона»). Предполагают, что Лука был единственным апостолом-неиудеем, он происходил из семьи образованных греков. Как уж он затесался в группу учеников молодого иудейского проповедника, не известно.

Первое упоминание о нем, как о живописце, создавшем первую икону с изображением Богородицы, появляется в VI веке в «Церковной истории» Федора Анагноста. Предание рассказывает, что апостол Лука пытался по памяти написать портрет Марии с младенцем, но у него ничего не получалось – через много лет он почти забыл ее лицо. Когда он после множества попыток почти уже отчаялся, Богоматерь сжалилась над ним и явилась ему, чтобы позировать.


Четыре варианта картины (слева направо): Бостонский музей, Эрмитаж, Мюнхенская пинакотека, Музей Брюгге

В годы гонений изображение якобы бережно сохранялось ранними христианами и использовалось как тайный объект поклонения. Из Иерусалима его переправили в Константинополь, где после принятия христианства в качестве официальной религии Византийской империи икону явили миру и с нее было сделано несколько списков. С тех пор существует довольно много икон, которые приписываются кисти Луки (в православии более десятка). Речь, разумеется, идет о списках (копиях) с них; к таким иконам относится, например, знаменитая икона Владимирской Богоматери.

Есть такие изображения и в католичестве, например, «Мадонна Камбрейская» - это скорее всего итальянской работы список с византийской иконы, сделанной в XIV веке.

Мне не известно, часто ли изображали ли Луку-живописца до создания ван дер Вейденом свой картины, в манускриптах, например. Чаще Луку на картинах и иконах мы все-таки видим с письменными принадлежностями, в образе евангелиста, но после картины ван дер Вейдена Лука-живописец стал тиражироваться очень широко, причем не только в Нидерландах. Да что говорить, с работы ван дер Вейдена позднее будет написаны еще три практически точные копии!


Вероятные "списки" с первой иконы Луки:
-Владимирская икона Богоматери,XII век, Византия (тип илеуса)
-Мадонна Камбрейская, 1340, Италия (тип илеуса)
-Ченстоховская Богоматерь, Византия, IX—XI (тип одигитрия)


Если говорить о иконографическом типе изображения, то православные "иконы Луки" обычно илеусы ("Умиление") или одигитрии), Рогир ван дер Вейден применил здесь тип "Млекопитательница", если можно в подобной живописи вообще говорить о каком-то типе иконографии - канонов-то особо строгих в Северной Европе не существовало.

Художники XV века не особо стеснялись изображать целомудренную Марию с обнаженной во время кормления грудью, и это не считалось предосудительным, такая иконография не была редкостью. Подобный сюжет есть и в православии, такие иконы как раз и называются «Млекопитательница» ("галактотрофуса"), но они относительно редки. Надо сказать, что древнейшее сохранившееся до наших дней изображение Богородицы – фреска II века, на которой Мария изображена именно в образе кормящей грудью матери.

Кормящей Богоматери особенно истово поклонялись в годы эпидемий и голода. Напомню, что в самом начале XV века по Европе прокатилась вторая по количеству жертв эпидемия чумы (вторая после катастрофического поветрия середины XIV), возможно это было причиной широкого распространения изображений такого типа и укрепления культа Марии вообще.


Дирк Боутс «Святой Лука пишущий портрет Мадонны с Младенцем» (интересно, что эта картина тоже перенесена на холст, поэтому затруднена ее датировка)



Неизвестный автор, "Святой Лука". Копия створки алтаря Хуго ван дер Гуса , 1475-80


Святой Лука ван дер Гуса и фрагмент его "Снятия с креста", вероятный автопортрет

Позднее Дирк Баутс, которого считают учеником ван дер Вейдена, тоже обратился к этому сюжету, созданная им картина – практически реплика вейденовской. Такой спрос объясним: картина признавалась современниками очень удачной, поэтому такую же могли заказать члены гильдии художников и в других городах.

Первая же, оригинальная работа предназначалась для часовни гильдии живописцев в соборе Святого Михаила и святой Гудулы в Брюсселе. К слову, когда пришло время, в этом самом соборе погребли и самого ван дер Вейдена.
Сейчас эта картина находится в Бостонском музее живописи, первенство признали за ней, так как при исследовании в инфракрасных лучах обнаружена масса изменений и переписок: автор явно мучился в творческом поиске, как когда-то и сам небесный покровитель художников. Остальные три копии находятся в российском Эрмитаже, в Старой пинакотеке в Мюнхене и в музее Грунинге в Брюгге.


Сравнение размеров бостонской и эрмитажной версии картины.

Бостонский «Лука» написан на дубовой панели, сделанной из соединенных четырех дубовых досок, Эрмитажная копия перенесена на холст. Вообще, у картины из Эрмитажа очень интересная история – она меньше остальных, так как в XVIII веке ее распилили пополам и отпилили небольшие полосы сверху и снизу, так что верхнее перекрытие балюстрады с круглым окном на картине мы не видим. Половинки панели долгое время путешествовали по Европе по отдельности и были приобретены Эрмитажем в XIX веке в разное время, с разницей в 34 года: правая - куплена на торгах в 1850. Она поступила из коллекции Виллема II, короля Нидерландов, мужа Анны Павловны (дочери Павла Первого). Левая в 1884 году куплена у парижского антиквара Антуана Бера. Ее происхождение - из собрания королевы Испании в изгнании Изабеллы II. В 1867 и 1884 соответственно производилось так называемое паркетирование - обе половины перенесены с дерева на холст реставратором Александром Сидоровым.


Нынешнее состояние копии из Эрмитажа (фото отсюда)


На холст их перенесли, так как реставраторы опасались, что дерево при ненадлежащих условиях хранения с переменной влажностью может менять свой объем, и это может безвозвратно повредить красочный слой.

Эрмитажная картина интересна тем, что пережила самую «свежую», совсем недавнюю реставрацию 2016 года, все остальные реставрировались давненько. При реставрации с нее сняли потемневшие и пожелтевшие слои лака, и обнаружилось, что у нее очень приятный, светлый колорит, она полноцветная и довольно яркая. Так, плащ Богородицы не почти черный, как на остальных копиях, а ярко синий. Обязательно почитайте статью об этой реставрации ЗДЕСЬ, только не забудьте вернуться.


Ян ван Эйк "Мадонна канцлера Николя Ролена", 1435

Композиция явно позаимствована у ванэйковской «Мадонны канцлера Ролена», это очевидно всякому, кто имеет глаза; однако очевидно также, что это не было бездумное копирование, бросаются в глаза и разительные отличия. Так, инвертировано положение Богоматери – у ван Эйка она справа, у ван дер Вейдена – слева. Видимо, современники Рогира нашли это положение более удачным, и во многих подобных композициях (включая многочисленные «Поклонения волхвов» или «…Пастухов», в работах последователей Мадонну мы чаще видим слева.


Еще один неизвестный последователь воспользовался композицией "Ролена", 1475

Комната более скромная по сравнению с часовней Ролена, зато над головой Мадонны раскинулся парчовый балдахин. Плащ Марии у ван дер Вейдена более «канонического» цвета – он синий, в то время как у «Ролена…» красный; здесь в красном мы видим как раз Луку. Обратите внимание, как проигрывает ван дер Вейден ван Эйку в изображении тканей – складки у него более графичны, светотень на них несовершенна, узоры на парче несколько условны; все-таки гений ван Эйка долгое время оставался недосягаемым, в области живописной техники он надолго опередил своих современников.

Ян ван Эйк в качестве фона избрал городской вид со множеством церковных шпилей и башен, у него они натыканы так густо, что принимают вид нереальный, фантастический, справа скорее всего мифический город и изображен – это Новый Иерусалим. У Рогира ван дер Вейдена город выглядит более естественно, больше свободного пространства, причем только часть его пейзажа «урбанизирована», большую часть занимает вполне дикая природа.


Портрет Рогира ван дер Вейдена. Предполагается, что рисунок сделан с натуры современником Рогира

По многочисленным правкам, видимым в инфракрасном свете, можно определить, что над композицией проводилась кропотливая работа: река изначально была уже, тело младенца было больше наклонено в столону Луки, а над головой Марии изначально планировалось написать ангела, и т.п.

Очевидно, что Дева писалась не с натуры – если сравнивать лицо Марии с Лукой, видно, что ее черты все-таки несколько формальные, уплощенные. Чего не скажешь о святом Луке – здесь явно выражены индивидуальные черты, взятые с натуры. На Эрмитажной копии хорошо видна седоватая щетина на подбородке. Так что очень даже может быть, что ван дер Вейден писал Луку с себя.

Мы можем видеть, в какой технике «работает» Лука-живописец: он делает быстрый набросок портрета Марии при помощи серебряного карандаша. Это была обычная техника для художников того времени. Занятно, что подобный набросок портрета Мадонны, сделанный самим Рогиром, хранится в Лувре.

Позади Луки справа мы видим часть дверного проема, ведущего в его келью. Можно рассмотреть традиционные атрибуты святого: евангелие, письменные приборы на столе и быка с готической лентой, на которой начертаны слова молитвы.
Позади главных действующих лиц на балконе видны две небольшие фигуры, облокотившиеся на балюстраду – как и у ван Эйка. Здесь это мужчина и женщина, предполагаются, что это родители Марии – апокрифические Иоаким и Анна. Мужчина указывает на что-то, его жест направлен в сторону города. Занятно, что обычно сдержанный живописец изобразил хулиганский эпизод: горожанин на набережной мочится на стену. Возможно, на это безобразие человек на балконе и указывает своей спутнице. Похоже, некая «брейгелевская» шаловливость была свойственна и ван дер Вейдену.


"Акт вандализма" у городской стены слева

Множество симпатичных деталей можно углядеть, если рассматривать картину внимательно (а лучше с лупой в руке) – не поленитесь, поищите качественную репродукцию в Интернете. Очень крупные эпизоды фрагменты есть на сайте Эрмитажа.
Точный «возраст» всех четырех версий картины определили относительно недавно при помощи дендрологического исследования. Этот анализ позволяет узнать, в каком году было спилено дерево и сделана доска; для живописи эта заготовка обычно использовалась в течении 20 лет. Бостонская картина до этого датировалась 1450 годом, но после дендрологии остановились на дате 1435-36 – это соответствует версии о том, что ее создание было приурочено к присвоению Рогиру ван дер Вейдену звания главного городского живописца.

Выяснилось, что Мюнхенская версия была написана значительно позднее, примерно в 1480 году, т.е. уже после смерти художника. Панель из Брюгге сделана еще позже – примерно в 1490-1500 году. Что касается картины из Вернисажа, мы теперь, похоже, никогда не узнаем, когда точно ее написали, и мог ли сделать эту копию сам Рогир ван дер Вейден – ведь ее перенесли на холст, а сами деревянные панели не сохранились.


Мой канал в YouTube.   Мою книгу "Фламандские примитивы" можно заказать в печатном варианте или скачать на Ридеро, электронные версии на "Озоне", "Амазоне" и "Гугл-книгах".


Tags: Рогир ван дер Вейден, Северный ренессанс, нидерландские примитивы, разговоры об искусстве, художники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments