agritura (agritura) wrote,
agritura
agritura

Троице-Сергиева лавра. Архитектурные метаморфозы (часть 3)

Предыдущая часть ЗДЕСЬ

11 храмов (плюс 2 за стенами монастыря), 10 других значимых построек, 13 башен и стены - все это составляет архитектурный комплекс Троице-Сергиевой лавры. Продолжаем наблюдать исторические архитектурные метаморфозы на примере построек Лавры и анализировать, как это все складывалось в единый гармоничный ансамбль.




Успенский собор

Небольшой камешек, упрямо застрявший где-то в недрах моего организма, не делает жизнь мою краше, но хоть в чем-то стакан наполовину полон: с почечной коликой на работу ходить нельзя, а писать – можно. Лень – плохо, труд – хорошо, и не спорьте со мной, тем более тема моего рассказа очень солидная – Троице-Сергиева лавра, нельзя не закончить. Прекращаю отлынивать, рассказываю дальше.
В прошлый раз мы договорились, что Лавра уже обнесена каменной стеной с 12 башнями, на ее территории есть два каменных храма и один деревянный, деревянные кельи и каменная трапезная. Еще есть небольшой деревянный царский дворец. Пока лаврой ее не называют – этот статус обитель получила только при Елизавете, а у нас пока в царях Иван Грозный.



Купола огромного Успенского собора видны далеко за пределами монастыря

Государь вообще-то спорный. Я не сторонник ярлыков, поэтому, однозначную оценку его личности и царствованию пока дать не могу, а категоричные высказывание некоторых историков не склонна принимать на веру. Тем более, напомню, рассказ мой об архитектуре. Грозный–не грозный – а монастыри жаловал и храмы строил: Храм Василия Блаженного в Москве, Софиевский собор в Вологде, Храм Преображения в селе Остров, Троицкая церковь в Александровой слободе, Храм Усекновения главы Иоанна Предтечи в Дьякове и многие другие. Сохранилось множество документов, свидетельствующих о невероятной щедрости Ивана Четвертого в отношении монастырей – деревни он им дарил десятками, сотнями. Царь часто бывал в Троице, он посетил монастырь с юной женой сразу после свадьбы, сюда он приезжал скорбеть после смерти сына Ивана - монахи тогда были свидетелями его горя - царь рыдал, не стесняясь их присутствия.




На этой картине К.В.Лебедева изображен момент, когда в минуты раскаяния  Иван Грозный просит игумена Псковско-Печерского монастыря Корнелия постричь его в монахи

Первые крепостные стены начали строить, как я уже сказала, при Иване Грозном в 1540 году. В 1554 построили каменные здания больницы и келарской палаты. В 1559 году, «окрепший» царь (именно царь, уже в новом для себя и Руси титуле), затевает очередную перестройку в монастыре – стены приказано «раздвинуть», конюшни и ряд хозяйственных построек вынесены за приделы монастыря, выкопан Келарский пруд. Главку на Троицком соборе примерно в это время позолотили. На территории монастыря закладывается новый грандиозный собор.





Успенский собор

Переходя к истории и описанию собора, хотела бы добавить, что на момент его постройки в ближайшей округе монастыря в 1547 году появились еще 2 новых кирпичных храма, расположенных за стенами, неподалеку от Красных Врат – Введенскую и Пятницкую церкви.

Введенскую церковь возвели на средства весьма просвещенного царского боярина Ивана Ивановича Хабарова, о котором Курбский говорил: «искусен в книжном разуме», боярин этот на склоне лет постригся в монахи в Кирилловом монастыре. Пятницкую же церковь построили на деньги самой обители. Изначально на их месте стоял один деревянный приходский храм Служной Слободы – поселения, выросшего вокруг монастыря. Позже, уже после перестройки они вошли в состав обители. Называли эти церкви «храмами на Подоле». Введенская церковь похожа на Духовской храм монастыря, только пропорции иные - главка чуть поизящнее, поэтому основной объем кажется довольно массивным. С апсидной стороны сохранился, говорят, фриз с изображениями дельфинов – если это правда, то редкость огромная, ведь, как я уже писала, антропо-зооморфный орнамент в те времена уже практически не использовался для украшения церквей. Жалко, что «дельфинов» я этих не рассмотрела во время пребывания в Лавре – не знала еще о них. А среди фотографий своих изображения апсидной части храма я не нашла. Зато на барабане присутствует поясок, на котором фигурируют элементики, очень смахивающие на уточек, хотя, скорее всего, это просто декоративный такой орнамент. Будете в Сергиевом Посаде – вы уж посмотрите.





Пятницкая церковь (слева) и Введенская церковь (справа)

Пятницкий храм, строившийся как приходская теплая церковь, чуть поменьше, но у него есть очень интересный элемент – ШАТРОВАЯ КОЛОКОЛЬНЯ. Этот вид кровли на каменных храмах появился в начале 16 века и начал только входить в моду – из известных каменных храмов к тому времени были возведены только Вознесенская церковь в Коломенском (на 15 лет ранее) и Покровская церковь в Александровской слободе (на 37 лет ранее, но эта церковь еще не имела многих характерных декоративных черт). Позже шатровые храмы широко распространяться по всей Руси; они будут запрещены только в середине 17 века указом патриарха Никона, считающего такой тип храмов неканоническим: «По чину правильного и уставного законоположения, как о сем правило и устав церковный повелевает, строить о единой, о трех, о пяти главах, а шатровые церкви отнюдь не строить». Если шатровые кровли на Руси уже использовали до постройки Пятницкой церкви, то как храм с ОТДЕЛЬНО СТОЯЩЕЙ шатровой КОЛОКОЛЬНЕЙ, она была одной из первых в своем роде.





Колокольня Пятницкой церкви

А еще у Пятницкой церкви есть секрет – не совсем понятно, когда же именно она возведена? Некоторые исследователи совершенно безаппеляционно утверждают, что строили ее гораздо позже общепринятой даты (чуть ли не во второй половине 17 века), а церковь, упоминаемая в летописях в 1547 году, на самом деле была разобрана.

Итак, мы отвлеклись. Успенский собор.

Многие неискушенные посетители, которые впервые прибывают в Троице-Сергиеву лавру, как и я, могут быть ввергнуты в заблуждение – создается впечатление, что главным храмом лавры является Успенский – огромный, мощный, купола синие, яркие; но все-таки, если присмотреться повнимательнее, подспудно чувствуется какой-то подвох - почему в стороне? В свое время Иван Грозный изначально так и планировал – построит впечатляющий новый храм в знаменитой обители. Он даже хотел перенести мощи Преподобного Сергия в новый собор. Назвать новый храм планировали – угадайте как? Правильно – в честь Живоначальной Троицы. Естественно, храм должен был возвышаться посреди Соборной площади, заслоняя все вокруг своим величием и красотой. Однако при всем при этом сейчас любой наблюдатель может видеть, что яркий и крупный Успенский собор расположен немного в глубине территории, он скромно прячется за ветвями старых деревьев, деликатно уступая место более древним постройкам Троицкого собора и Духовской церкви. Говорят, чуть ли не перед самой закладкой собора Ивана Грозного обуял страх – он испугался загробного гнева Сергия Радонежского, перенес место храма немного вглубь и мощи Преподобного трогать не стал (в отличие от окаянных богоборцев начала 20 века, но это уже другая история).





Успенский собор Московского Кремля (апсидная часть)

На мой взгляд, с чисто инженерной точки зрения это было весьма мудрое решение – при такой планировке нет подавляющей доминанты в архитектурном ансамбле монастыря, всем постройки «играют» разными гранями своих многочисленных достоинств, как незамутненные бриллианты. Троицким собор тоже не стали называть, дали ему имя собор Успения Пресвятой Богоматери.

Прообразом Успенского собора Троице-Сергиева монастыря стал Успенский собор Московского Кремля, творение талантливого итальянца Аристотеля Фиораванти (а формы Успенского собора Кремля были, в свою очередь, предположительно частично позаимствованы с одноименного собора во Владимире). С научной точки зрения, кремлевский собор изучен недостаточно – ведь он три раза горел и восстанавливался, пережил несколько капитальных реставраций. Как-то уж принято считать, что Успенский собор Кремля дожил до наших дней в первозданном виде, однако, похоже, это не так. Специалисты предполагают, что вопреки распространенному мнению, Успенский собор в том виде, котором мы имеем возможность лицезреть его сейчас, во многом уступает первоначальному варианту.



Наружная роспись Успенского собора (фреска "Успение Богоматери")

Пропорции и размеры лаврского и кремлевского Успений несколько отличаются, но планировка объемов настолько идентична, что позволяет думать о возможности практически точного копирования более позднего лаврского Успенского собора с кремлевского предшественника. Знаменитый реставратор В.В.Кавельмахер считал, что Успенский собор был не просто вольно воссоздан с сохранением некоторых черт, а точно обмерен и практически скопирован в несколько измененных пропорциях. Кремлевский собор, правда, возводился из двух материалов – белого камня (стены) и кирпича (арки, своды и барабаны), а собор в лавре уже полностью строили из кирпича. Такая техника строительства предполагала большую свободу в размерах и пластике форм – собор в Лавре несколько больше прототипа.





Интерьеры Успенского собора

Такая схожесть, по мнению ученых, не случайна – таким образом символически обыгрывалась связь Кремля и Лавры, словно протягивались прочные нити, скрепляющие духовное и идеологическое единство государственной и патриаршей власти. Во всяком случае, Иван Грозный вполне мог хотеть, чтобы это так выглядело; при всех его, мягко говоря, странностях, был он, судя по всему, человеком глубоко религиозным.

Возможно, все было и не так пафосно, причины могли быть весьма прозаичными. Ведь давно известно преклонение россиян перед всем иностранным. Вполне может быть, что проект Фиораванти просто считался достаточно удачным и красивым, его просто копировали, строя «типовые» храмы, без особой «задней» мысли, не предполагая никакого глубокого символизма. Логика проста: наши строили – развалился (прежний кремлевский Успенский дворец, предшественник фиоровантиевского, рухнул, не дожив до конца стройки), иностранец строил – стоит. Нашим доверять нельзя, нечего самим мудрствовать, копируем иностранцев. Ведь Троице-Сергиевский Успенский собор был не единственной копией Кремлевского – очень похожие одноименные храмы ранее были возведены в Ростове Великом и Хутынском монастыре.









Интерьеры Успенского собора

Замечу, что в отличие от всех предшествовавших храмов Троице-Сергиевого монастыря, у Успенского собора уже была не одна ГЛАВА, а ПЯТЬ (очередная метаморфоза).

В храме сохранились замечательные росписи, которые осмотрели мы с огромным удовольствием. Конечно, они местами подновлялись и реставрировались, но многое сохранилось в первозданном виде. Собор был расписан в 1684 году (через 100 лет после постройки) в рекордно короткий срок – месяца за три. Работали местные и ярославские мастера под руководством Дмитрия Плеханова, знаменитого мастера, расписывавшего храмы в Москве (некоторые фрески Архангельского собора в Кремле), Вологде, Ростове и т.д. Колорит фресок Успенского собора нежный, светлый, много голубого и синего, что придает изображениям особенную фантасмогоричность.





Ф.Алексеев "Троице-Сергиева лавра"

Царь Иван присутствовал при закладке собора, а вот до окончания строительства не дожил – умер в 1584 году. Не мудрено – собор строили долгонько – 26 лет. Правда, в этот период в обители случился сильный пожар, уничтоживший или ощутимо повредивший большинство построек, ведь кельи-то по-прежнему были деревянные. Возможно, ремонт и восстановление значительно замедлили строительство Успенского храма. Да и хлопотное это было дело – стены собора местами достигали 2,3 метра, за пару месяцев такую махину не выстроишь. При освящении храма в 1585 царем уже был сын Грозного Федор Иоаннович. При самом царе и взошедшем вслед за ним на престол Борисе Годунове никаких архитектурных «новшеств» в обители не было (если, конечно, цинично не считать малой архитектурной формой склеп семьи Годуновых). Годунов, правда, даровал храмам обители несколько колоколов, один из благовестников так и называли: «Годунов».
Во времена смуты, естественно, в Лавре ничего хорошего не происходило. Всем известна история, как лавра с русским войском и жителями окрестных деревень 14 месяцев (!) выдерживала осаду полчищ Лжедмитрия. Оборонительные сооружения – стены и башни – местами были довольно сильно повреждены, основательный урон был нанесен Пятницкой церкви на Подоле.




Кадр из фильма "Юность Петра". Петр и Лефорт на фоне апсидной части Никоновского храма

Уже при Михаиле Романове начались работы по обновлению и дальнейшему благоустройству обители: расписали трапезную и пристроили к ней церковь св.Михаила, оббили «немецким белым железом» главы Успенского собора, построили новую каменную церковь Никона Радонежского. Это небольшой храм-придел построили на фундаменте старого, обветшалого. Он выполнен в стилистике и формах Троицкого храма, хотя наружное убранство его богаче – очень эффектно смотрится аркатурный орнамент абсиды с рядом тонких полуколонок. На тот момент в монастыре существовало два основных въезда – со стороны Москвы Святые ворота, которые обычно открывались во время торжественных событий – приезда царя или Патриарха.



Никоновская церковь-придел

Обычный люд проникал на территорию через другие ворота, расположенные рядом - Успенские, над которыми была башня с часами, так и называлась – Часовая. Были еще одни ворота со стороны Углича – Каличьи (от «калик перехожих» - калек и нищих). Над ними тоже была башня, довольно высокая, чтобы угличским путникам видно ее было издалека. Еще были ворота «технические», «служебный ход», так сказать – через Водяные ворота ходили (ни за что не догадаетесь!) …за водой к ручью; через Пивные, соответственно – к Пивному двору (видимо, и тогда пиво считалось вполне себе постным и почти безалкогольным напитком, и нацию споить не боялись еще с тех времен). О наличии Водочных и Коньячных ворот хроники умалчивают, возможно, за другими напитками просто приходилось ходить через неподходящие по названиям ворота.


Слева - церковь во имя преподобных Зосимы и Савватия Соловецких

Я уже говорила о шатровых кровлях, в Лавре первой постройкой с такой кровлей была колокольня Пятницкой церкви. В 1635-37 году появился и ШАТРОВЫЙ ХРАМ – церковь во имя преподобных Зосимы и Савватия Соловецких. Это был и остался единственный шатровый храм на территории обители, Пятницкая церковь стоит за ее стенами. Шатер храма интересный, украшенный несколькими рядами ажурных поясков. Особую прелесть ему придают вкрапления зеленых изразцовых плиток. Инициатором создания храма был келарь Александр Булатников, пребывавший ранее в Соловецком монастыре (естественно, иноком, а не узником; странная привычка властей помещать в монастырях политических заключенных и неугодных женщин в те времена уже имела место в единичных случаях, но широкое и массовое распространение получила несколько позже). Такой тип постройки для новой церкви, вероятно, был выбран, так как главным храмом Соловецкого монастыря был шатровый Преображенский собор, и имя для новой лаврской церкви выбрали в честь основателей Соловецкой обители.



Модель Соловецкого монастыря в 16-17 веке (взято ЗДЕСЬ)

При ней, если судить по некоторым описаниям, была и колокольня в 5 колоколов, которая позднее, по всей видимости, была разобрана. Строилась церковь между двумя больничными палатами. Весь комплекс возводился на месте старой больницы, но немного в разное время. Один из больничных корпусов построили в 1635 году, второй – уже во второй половине 17 века. Изначально больничные корпуса строились не для «пришлых» больных, это, скорее, была богадельня для престарелых монахов. Иноки преклонного возраста уже не могли нести обязательных для всех послушаний, и их переселяли в отдельные теплые корпуса, где они молились и доживали свой век. Храм Зосимы и Савватия предназначался для причащения и исповедания паломников, прибывающих через Каличьи ворота. Сейчас Каличьи ворота закрыты, поэтому увидеть храм можно, пройдя внутрь территории и обогнув колокольню или Успенский собор; нарядная церковь Зосимы и Савватия скромно приютилась неподалеку от барочной шкатулки церкви Смоленской иконы Богоматери. Сейчас в больничных палатах располагаются покои Наместника Лавры. А ведь совсем недавно комплекс был в весьма плачевном состоянии. Храм разрушался и был практически заброшен. Однако не так давно была проведена масштабная реставрация под руководством архитектора И. В. Трофимова и храму возвращен его первоначальный вид. Новый иконостас храма создан в мастерской «Абрамцево», однако регулярные богослужения здесь сейчас не проводятся - только по праздникам и иногда в выходные дни.



Зосима и Савватий Соловецкие (деревянная резная икона 17 века)

Я забыла вам рассказать, откуда пошла традиция шатровых храмов, на мой взгляд, это довольно интересно. Все, оказывается, очень просто. Первые такие храмы строились из дерева. Такая конструкция была намного проще в исполнении из этого материала. С традиционными луковичными главками было намного больше возни. Выглядели при этом шатровые кровли довольно неплохо, их на разные лады украшали резьбой. И только потом эта традиция прижилась и в каменном зодчестве, пока Патриарх Никон не положил ей конец Вот и весь секрет.



Троице-Сергиев монастырь на иконе 17 века

В 1644 году произошло «обретение чудотворного источника» неподалеку от Успенского собора – при ремонте его западной паперти и земли вдруг неожиданно потекла вода, забил родник. Над источником поначалу построили деревянную надкладезную часовню, а в 1690 ее заменила каменная – сооружение маленькое, легкое, словно кружевное, похожее на ювелирное украшение. Это пример так называемых ЯРУСНЫХ ХРАМОВ (в данном случае - часовни), получившим широкое распространение в конце 17 века (вот уже сколько архитектурных метаморфоз мы проследили в Лавре). Это особый утонченный тип центрических построек, относящихся к раннему московскому барокко, образцом которого, к примеру, является московская церковь Покрова в Филях.





Надкладезная часовня

Сооружение это по всем правилам должно бы «выбиваться» из общего ансамбля построек, но оно наоборот очень интересно смотрится на фоне более скромных древних построек, как яркая брошь на белом одеянии. И посмотрите, какая интересная особенность старинного зодчества – храмы такие разные, но они не мешают друг другу, а только лишь подчеркивают достоинства соседа! Почему-то нашим современным зодчим чувство архитектурного вкуса и ритма, ощущение гармонии нередко отказывает – ведь никто не отрицает необходимости современной застройки, роста и расширения городов, нужно только чуть подучиться, понаблюдать, подумать, но, видно, за это нынче мало платят…





Присяга царям Ивану и Петру (гравюра по рисунку Борже)

Между постройкой деревянной и каменной надкладезной часовен прошло всего 45 лет, но России за это время произошло огромное количество событий – церковная реформа, раскольничьи бунты, династический конфликт после смерти царя Алексея Михайлович Романова. В 1689 году юный царь Петр уже женился на Евдокии Лопухиной, но полной силы монаршей власти он еще не набрал. В это время его противостояние со сводной сестрой царевной Софьей достиг самого пика. Софья, к слову, не особенно благоволила Троицкой обители, намного больше средств она вкладывала в Новодевичий монастырь. Хотя при ней началось строительство новой трапезной палаты и был расписан Успенский собор (об этой росписи я уже писала), делалось это уже повелениями юных царей Петра и Ивана Алексеевичей, а не по инициативе самой царевны. Известно, что власти монастыря тайком от Софьи в годы малолетства Петра передавали деньги на содержание опальной царицы Натальи Кирилловны и ее детей, которых Софья практически лишила пансиона.





Церковь Сергия Радонежского с трапезной

Это говорит о том, что Лавра сочувствовала вдовой царице и будущему законному царю, и, по-видимому, не особенно одобряла деятельность энергичной регентши. Кроме того, именно в надежно укрепленной Троице Петр и его сторонники укрылись при очередной попытке переворота с целью полного захвата власти Софьей (вы можете посмотреть скриншоты любимого мною фильма «Юность Петра» - Петр на фоне соборов лавры – в предыдущей части моего рассказа). Петр никогда не забывал, чему он обязан Троицкой обители и всю свою жизнь оказывал ей всяческое своё благоволение. Это, однако, не мешало Петру, снаряжавшему войска и строящему корабли, частенько «вытряхивать» из монастырской казны средства на военные нужды. Впрочем, в этом случае монастырь не являлся исключением – жертвовать в то время приходилось всем – и духовным, и светским организациям.

На этом месте прерываюсь, так как опасаюсь, что пост будет "ту лардж" . После короткого перерыва будет продолжение.
Tags: Московская область, Романовы, Россия, Сергий Радонежский, барокко, лавры, монастыри, особняки, храмы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments