agritura (agritura) wrote,
agritura
agritura

Category:

Киевский модерн. Особняки.


Клиника Маковского

Мое новое видео:



Кому лень смотреть, можно читать:

В прошлом видео мы с вами познакомились с основными направлениями и главными творцами европейского модерна, пришла очередь поискать остатки «прекрасной эпохи» в Киеве.
Заранее прошу прощения у зрителей – большая часть материала снималась в жутком тумане. Кое-что удалось переснять на следующие выходные, но в основном оставила так – некоторые модерновые дома во мгле смотрятся даже колоритнее.

Я дала себе слово строго разделись темы – доходные дома и особняки, но в ходе работы над фильмом убедилась, что это сделать не так уж просто, так что немножко и про доходные расскажу. Обидно, но модерновых особняков в Киеве совсем немного, все они поместятся в один рассказ.



Периодов бурной застройки Киева было два – с конца 19 века по примерно 1903 год, потом в Империи наступил временный кризис, вызванный русско-японской войной, несколько лет вообще ничего не строили. Второй резкий подъем строительства наступил примерно в 1907 году и закончился с началом Первой мировой – именно в это время у нас тут расцвел модерн. К этому периоду большинство обеспеченных людей отдельными особняками уже обзавелись, их вообще теперь строили немного, гораздо выгоднее было вложится в постройку большого доходного дома, самому занимать в нем одну квартиру или стоящий рядом флигель, а остальные сдавать. Именно поэтому модерновых доходных домов у нас намного больше, чем особняков.

Вот вы, наверное, когда услышали «Киевский модерн. Особняки», наверное, сразу подумали» «О! Про дом Городецкого будет!». А вот и нет! Если «дом кого-то», это не значит особняк! И «дом с химерами» - это как раз доходный дом, хоть и шикарный! Сам Городецкий с семьей жил на 1 этаже (если смотреть со стороны нынешней «президентской площади»), все остальные помещения на других этажах сдавались. Так что на этот раз как раз о Городецком не будем, я попытаюсь вам доказать, что Киевский модерн – это не только Городецкий, и вообще не с него все началось.



Первая безусловно модерновая постройка в Киеве – павильон панорамы «Голгофа» в Киеве, которую я вас уже показывала в предыдущем видео. В сооружении этом экспонировалась панорама «Голгофа» со сценой распятия Христа. Живописное полотно панорамы было натянуто по кругу вдоль стен, длиной оно было около 100 метров и 12 м высотой. Это была реплика подобного сооружения в Мюнхене (всего по всей Европе таких реплик было сделано около 40), принадлежала эта штуковина дворянину Ивану Замараеву.



Павильон имел форму ротонды, и стены его были украшены завитушками в стиле «удар бича». Вход в павильон фланкировал портал, украшенный женскими головками-маскаронами – самый что ни на есть модерн. Строительство было начато в 1901 году, панораму торжественно открыли в январе 1902-го. Стройка обошлась в 18 тысяч рублей и за два месяца полностью окупилось – от посетителей не было отбоя! Павильон разобрали в 1934 году, когда столица переехала из Харькова в Киев и власти начали энергично бороться с «патриархальностью силуэта города» (кажется, они продолжают делать это до сих пор. В 2011 году существовал проект реконструкции «Голгофы» к ЕВРО 2012, но он так и не был осуществлен. А жаль, мне кажется, было бы круто.



Вы же понимаете, да, что в начале ХХ века Киев был не столичным городом, а губернским? То есть он отстоял на некотором расстоянии от основных эпицентров стиля (причем расстоянии не столько географическом, сколько культурном), так что к нам модерн пришел с некоторым запозданием (а точнее, на 10 лет позже своего появления в Европе) и поначалу частенько принимал слегка несуразные формы. Местные архитекторы, кажется, не сразу поняли его суть и поначалу сосредоточились на модерновом украшательстве, не понимая сути нового стиля и не особо следуя его гармонии.

Сразу приведу пример. Есть такой дом веселенького желтого цвета на нынешней улице Шота Руставели под номером 9, это бывший доходный дом домовладельца Николая Дементьевича Жилинского, построенный в 1902-03 году.  Если в общем на формы смотреть – чистая эклектика с элементами историзма (псевдорусское есть что-то). А присмотреться поближе – элементы декора совсем модерновые. Особенно вот эти переплетенные сомики. Это не единственный такой пример в Киеве. Смешение стилей отчетливо видно в отделке дома на углу Чеховского переулка и улицы Гончара (построен для купца Якова Харичкова архитектором Клугом в 1907 году) – вроде и на модерн смахивает, и на эклектику.



В прошлом видео я мельком упомянула архитектора Брадтмана, который построил Лютеранскую больницу, и мне бы хотелось к нему вернуться. Вообще он был невероятно крут, ведь именно Эдуард-Фердинанд Брадтман одним из первых стал строить дома в стиле модерн в Киеве.

Первой подобной постройкой в городе сал доходный дом прусского барона Вильгельма Гессельбейна, построенный в 1901-03 годах предположительно Брадтманом и Шлейфером на улице Городецкого. Над подъездом весит вывеска со странной датой постройки «1886—1888» – не поверите, это ошибка, допущенная после реставрации здания в послевоенный период. Это один из немногих домов в Киеве, у которого было свое имя и довольно пафосное - «Колыбель духа».



Постройка симметричная, но все-таки это не противоречит концепции модерна – Отто Вагнер тоже строил симметричные дома. Зато декор – «модернее» не бывает:  чего тут только нет – маскароны, завитушки, обильный цветочный орнамент. На фронтоне можно рассмотреть маску уродливого старика – это Хронос (время), арку на портале украшает женская голова – Рея (Кибела), мать Зевса.

Вообще улица Городецкого (бывшая Николаевская) была самой роскошной улицей Киева, шикарнее даже, чем торгово-конторский Крещатик. Здесь на участке бывшей усадьбы доктора Меринга в конце 19 века выстроили самые густо-украшенные, помпезные дома, за что квартал получил название «Киевского Парижа». Вообще в путеводителях встречается информация, что чуть ли не все дома построены в стиле модерн, но это не так – большинство домов возводилось еще до того периода, когда модерн добрался до Киева, наиболее отчетливо стилистике отвечает только дом Гессельбейна, он более поздний, уже начало ХХ. Стоящий через один дом общества «Работник» и доходный дом подрядчика Гинсбурга под № 9 хоть и богато декорированы, но больше смахивает на эклектику.
Надо сказать, и дом Госсельбейна выглядит немного вычурным и тяжеловатым, но все-таки здание очень оригинальное, а для своего времени оно и вовсе было революционным.



Эдуард Брадтман был уроженцем Санкт-Петербурга, там же учился. В Киев приехал уже зрелым мастером. Долгое время занимал пост городского архитектора. Именно он вместе с другим немцем Георгием Шлейфером создал проект застройки бывшей усадьбы Меринга. Именно благодаря этим двум мастерам мы имеем сейчас в центре Киева несколько красивейших кварталов.

В 1903 году Брадтман создает еще одну жемчужину киевского модерна – конный цирк Крутикова, или «Гиппо-палас». К несчастью, здание погибло во время Второй мировой, на его месте сейчас кинотеатр Украина, о нем мы подробнее поговорим в другом видео.



Еще один дом Брадтмана, уже позднего модерна (примирно 1913 год) – особняк, как полагается по теме нашего видео, и это особняк самого Брадтмана на Лукьяновке, а точнее на улице Герцена,6. Дом – двухэтажная постройка с цоколем, выглядит довольно сдержано, лаконично, особенно по сравнению с ранними творениями зодчего. Украшений мало, но они очень оживляют почти аскетичную постройку. Особо эффектно смотрится полукруглый эркер, сейчас практически скрытый за ветвями можжевельников. Я вам покажу пару фоток более старого времени, когда деревья еще не так разрослись.





Согласно архивным документам 1918 года, Эдуард Брадтман проживал в этом доме в квартире на втором этаже в 5 комнатах со своей женой Паулиной Христиановной, ее сестрой, племянниками и прислугой.

Одна из самых известных построек Брадтмана – «дом плачущей вдовы» на Лютеранской, построенный в 1908.
Дом в отличном состоянии, т.к. почти с самого момента национализации в 1918 году имел «спецназначение».
А когда-то это был особняк полтавского уроженца, купца Сергея Аршавского, который Брадтман построил для него в 1907 году. На фасаде сохранились его инициалы «СА». Аршавский с трудом «потянул» строительство дорогущего особняка, и в 1913 году вынужден был его продать купцу Тевье Апштейну.



Когда-то особняк был окружен садом. Щипец фронтона украшает женское лицо-маскарон, некоторые романтики считают, что это птица-гамаюн. Когда идет дождь, от внутренних углов глаз маски книзу тянутся две темные полосы – поэтому дом и получил название «дом плачущей вдовы». Здесь действительно короткое время жила уже вдова Тевье Апштейна, Груня Иосифовна – сам он умер в 1917 (вовремя, надо сказать, умер), а через год дом национализировали. А сейчас особняк принадлежит президенту — это одна из его малых резиденций.



В отличие от Дома с химерами, сюда экскурсии не водят, так что изображений в Интернете почти нет, но я на одном сайте нашла кое-что. Видно, что на потолках сохранилась лепнина в стиле модерн.

Для Аршавского на первом этаже спроектировали 10 комнат, еще тут была буфетная и крытая теплая веранда. На втором тоже было 10 комнат и точно такая же планировка. Здание было снабжено водным отоплением. В подвале была котельная, 4 комнаты, две прачечные и 2 винных погреба.


П.Е.Шелест

Говорят, в советское время в подвале оборудовали отличную сауну, в которой когда-то очень любил париться Первый секретарь ЦК КП Украины Петр Ефимович Шелест. Представили? Ну вот, теперь ваша жизнь никогда не будет прежней, отныне всегда будете его вспоминать, когда будете мимо проходить.

Талантливый архитектор Эдуард Брадтман не только модерновые дома построил, театр Соловцова, например (нынешний театр Франко), гостиницу «Континенталь» - сейчас это дом сразу за консерваторией, ну и всякого другого еще много. Добавлю, что Брадтман спроектировал церковь Серафима Саровского в Пуще Водице, у него рядом была дача. Церковь не была модерновой, но зато в ней мой прадед служил регентом.

А сейчас мы с вами возле знаменитого "Шоколадного домика", построенного в 1899, предположительно архитектором Владимиром Николаевым для российского купца 1-й гильдии Семена Семеновича Могилевцева, на чьи средства возведен Педагогический музей (Дом Учителя, арх. П.Алёшин). «Шоколадным» домик называют из-за его необычного цвета. Зрители-читатели, уже разбирающиеся в модерне, возмущенно воскликнут: «Лена, ты что, с ума сошла?! Какой же это модерн?». И будут совершенно правы – и по годам создания, и по декору совершенно очевидно, что это не модерн, а историзм, а точнее нео-ренессанс. Снаружи.



А вот внутри как раз сохранились интерьеры в чудесном стиле модерн. Особенно одна комната - гостиная, которая знаменита своим оконным витражом с ирисами и росписью стен и потолка. Даже физиономия Сары Бернар имеется – это реплика плаката Альфонса Мухи. По всей видимости, этот декор комнаты создавался под влиянием Венского Сецессиона – ведь буквально за год до «Шоколадного дома» был построен венский «Майоликхаус», росписи стен во многом позаимствованы. Явно слямзили и морды львов на фасаде. Остальные помещения не настолько отчетливо модерновые, но тоже удивительно красивые и интересные.





Обидно, что архитектор Николаев в интерьере этой небольшой гостиной лишь единожды в своей практике обращался к модерну, он умер в 1911 году – в самый разгар популярности стиля. Большинство его сохранившихся построек – в стиле эклектики, в псевдорусском и псевдовизантийском стилях.

Хозяин дома, головокружительно богатый купец Могилевцев, жил в особняке один, у него не было семьи. Это породило городскую легенду: якобы он всю жизнь был влюблен в некую замужнюю даму и для свиданий с ней построил особняк. Ну, не знаю, на фотографии такой респектабельный господин…



Могилевцев умер в одиночестве вот этом самом доме, оставив городу Педагогический музей, построенный за полмиллиона рублей, также он завещал городскому музею свою коллекцию древностей.

В 1960-70-х годах здесь был городской ЗАГС, во многих семейных альбомах я видела старые фотографии молодоженов с толпой гостей на лестнице дома. Само таинство бракосочетаний происходило в белом зале, где и сейчас висит огромное старинное зеркало с ангелочками. Сейчас здесь музей, в котором проводятся выставки и даются камерные концерты.

Если выглянуть в окно «шоколадного домика» можно на противоположной стороне улицы увидеть еще одну интересную постройку, похожую на небольшой средневековый замок – его так и называли – «Замок вздохов». Это детище другого архитектурного гения, повлиявшего на облик нашего города – Павла Алешина. Алешин учился в Петербурге, а практику проходил в Москве, у Льва Кекушева – известного мастера архитектурного модерна.
Особняк на Пилипа Орлика - это не такой уже кричащий модерн, очень уж своеобразный проект, но некоторые черты стиля, особенно северного его варианта, все-таки присутствуют. Все фасады здания разные.



Дом был построен по заказу семьи Ковалевских. До этого семья проживала совсем рядом в доходном доме Икскюль-Гильденбанда – красивое здание в готическом стиле, которое последние несколько лет бесконечно ремонтируется.
Постройка была закончена в 1913 году. Особняк был буквально нафарширован всякими новшествами – здесь было проведено электричество (395 ламп накаливания), телефонная линия, водяное и даже воздушное отопление (через специальные каналы в стенах, сигнализация, лифт.





Для отделки использовались самые дорогие материалы – Алешин был перфекционистом и упрямцем, к концу строительства его отношения с заказчиком сильно испортились – Ковалевскому дом показался огромным и неуютным. Зато здесь была маленькая комнатка, декорированная в точности, как купе в вагоне – это уже был каприз заказчика; по семейной легенде, он познакомился с будущей супругой именно в поезде.



После революции семья Ковалевских иммигрировала, здание забрали себе ГПУ-шники. В цокольном этаже содержали задержанных. По злой иронии судьбы Павел Алешин сам попал сюда на допрос в 1923 году. В какой-то момент в ходе дознания следователь заорал на него: «Да Вы знаете, где находитесь?!», и архитектор спокойно ответил: «Конечно, знаю – в прачечной мадам Ковалевской». К счастью, Алешину удалось избежать репрессий, он творил и в советское время, построив множество чудесных домов, в том числе и мой любимый, шедевр конструктивизма – дом Первого кооператива врача на Большой Житомирской, 17.


П.Алешин

А теперь нам надо чуть пройтись по Липкам в сторону Институтской, нам нужен дом 26.
Молодой кассир Киевского частного коммерческого банка итальянский подданный Вильгельм Иосифович Сиони растратил 932 974 рубля банковских денег. По суду был отправлен в Сибирь, в Иркутскую губернию, отбыл срок и вернулся в Киев, правда, его потом выслали за границу, как иностранца, осужденного в Российской Империи, и до смерти он жил в Марселе, где у него была небольшая бакалейная лавка.



После суда в 1878 году его жена вынуждена была продать усадьбу. В 1904 году хозяином ее стал статский советник Николай Антонов. Именно для него на этому участке архитектор Евгений Федорович Ермаков построил вот этот весьма оригинальный дом в стиле модерн. В здании нет растительных украшений, маскаронов, изразцов и прочих финтифлюшек, в декоре использованы возможности самого строительного материала – кирпича, и выглядит это весьма очень нарядно.



Ермаков служил епархиальным архитектором и построил множество интересных зданий в Киеве – церковь на Мостицкой, храм в Феофании, здание Семинарии и другие. Большинство его построек – сакральные, ведь старший брат архитектора был киевским митрополитом. К сожалению, построек в стиле модерн он успел построить немного, умер Евгений Федорович в 1914 году в возрасте 46 лет.

В 1913 году Антонов продал дом Марии Соломоновне Бродской – кузине богатейших сахарозаводчиков Лазаря и Льва Бродских. Сами они имели усадьбы неподалеку, но не модерновые, а нео-ренессансные.
А модерновые особняки Липок закончились, нам пора убираться отсюда. Нам нужна улица Гончара. Здесь под номером 33 находится, пожалуй, самый красивый модерновый дом Киева – особняк-клиника Качковского-Маковского.



Дом построен в 1907-1908 гг. польским архитектором Игнацием Ледуховским по заказу доктора медицинских наук приват-доцента Петра Эразмовича Качковского. Это безукоризненный образчик стиля, где все, как надо – асимметрия, сглаженные углы, причудливое чередование объемов, витиеватый декор и маски-маскароны. Ворота во внутренний двор практически скопированы с ворот французского отеля «Кастель Баренже», построенного архитектором Эктором Гимаром – помните, я в прошлом видео обещала рассказать, каким образом постройка Гимара связана с киевским модерном – вот так вот связана.

Клиника предназначалась для состоятельных пациентов, она была оснащена самым современным оборудованием. Здесь имелась операционная, перевязочная и несколько палат.



Во дворе была греческая беседка и фонтан, также в доме имелся летний сад с большим аквариумом. В здание вели два входа – главный для пациентов, боковой – для самого хозяина и членов его семьи.

Сам владелец жил здесь же в отдельных комнатах. Правда, жил недолго. Опять же вмешалась злая ирония судьбы – через год после постройки дома доктор заболел, у него поднялась высокая температура и появились невнятные боли в паховой области. Коллеги заподозрили аппендицит, сделали больному два разреза, ничего не нашли, зашили, а через сутки он умер.


П.Э.Качковский

Заключение вскрытия звучит странно: «некое острое лихорадочное заболевание вроде инфлюэнцы, давшее предрасположение к развитию послеоперационного перитонита». Доктору было всего 46 лет.
Через год наследники продали клинику другому хирургу – Игнатию Маковскому. Он ее еще больше усовершенствовал, это была одна из самых дорогих клиник в городе.



В конце августа 1911 царь Николай 2 с семьей и весь императорский двор с большой помпой прибыли в Киев на открытие памятника Александру Второму (он стоял справа от Филармонии). Был с ними и российский премьер-министр Петр Столыпин. 1 сентября он посетил Оперу, желая присоединиться к царю и его свите и посмотреть спектакль «Сказка о царе Салтане». В антракте к премьеру быстро подошел молодой человек во фраке (потом оказалось, что это террорист-одиночка Дмитрий Богров) и два раза выстрелил в упор. Одна пуля попала Столыпину в руку, вторая в живот, повредив печень.



Раненного немедленно доставили сюда, в клинику Маковского – она была недалеко от театра, и здесь могли предоставить должный уровень лечения и ухода.

Не смотря на усилия врачей и исходно богатырское здоровье, премьер умер на пятый день после ранения. Столыпину устроили роскошные похороны и по его же завещанию погребли в Киево-Печерской-Лавре.



Во время Первой Мировой здесь находился офицерский госпиталь, в ранние годы советской власти – офтальмологическая клиника. Затем – институт гигиены. Я помню этот дом в начале 90-х. Он был серый, облезлый, а скульптурный лев работы скульптора Соколова почти развалился.



Но в 2003 году, к счастью, была произведена очень качественная реставрация и дом снова стал настоящим украшением города. Он долгое время принадлежал «Народному Руху», здесь даже есть кабинет-музей Черновола. Сейчас здесь, оказывается, открыт театр. Мне удалось заглянуть за двери главного входа и мельком снять сохранившийся дивный совершенно светильник. Внутри вроде бы частично сохранилась лепнина и украшения лестницы.

Так, что-то мы затянули удовольствие, теперь бегом возвращаемся на Лукьяновку – мы здесь уже были, когда рассматривали на Гоголевской дом Брадтмана.

На улице Студенческой,3 сохранился скромный дом в стиле модерн. Этот дом был построен в 1910-11 годах для инженера Василия Русакова. На первом этаже было 6 комнат и две кухни, на втором – 8 комнат и две кухни, фактически особняк был разделен на 4 квартиры. Хозяева жили на первом этаже, остальные квартиры сдавали.  За домом был сад с беседкой, к заднему фасаду примыкала открытая веранда. Семья Русаковых проживала здесь аж до 1927 года.



Теперь нам на улицу Юрия Ильенко (бывшая Мельникова), 8. Здесь находится один из самых прелестных киевских особнячков в стиле модерн, так называемый «дом с ирисами». Этот чудный двухэтажный особняк с цоколем построил в 1911 году для судьи Николая Степановича Грабаря архитектор Владимир Бессмертный (он же автор «Дома с котами» на Гоголевской, но о нем отдельно). Раньше над входом красовалось не только панно с ирисами, но и изящный козырек, который не сохранился.



В первые годы советской власти здесь был детский дом, потом разные учреждения. Здание в очень плохом состоянии, и год от года все хуже. Что здесь находится сейчас, вообще не ясно, но охранник присутствует, и вообще ни разу не гостеприимный. Грозно поинтересовался, с какой целью ведется съемка, я прикинулась гостьей из провинции и ответила что-то вроде: «Просто домик красивенький».




Дальше двигаемся по Лукьяновке. На нужно осмотреть особняк полковника Владимира Антоновича Бенсона на улице Баггоутовской, построенный для него неизвестным зодчим в 1911 году. Долгое время в здании располагался клуб кабельного завода, сейчас здесь частная клиника. Говорят, долгое время особняк пребывал в отвратительном состоянии, сейчас он отремонтирован и выглядит вот так – совсем неплохо, именно таким я его увидела в первый раз.



Говорят, его сильно перепланировали, но, слава богу, не снесли, и выглядит он вполне модерново. Скульптурная группа на углу точно была изначально, про рожки на фронтоне не знаю. Здание еще немножко историческое – в 1989 году в клубе часто репетировала группа «Вопли Видоплясова».



Если вы хотите посмотреть незамысловатые, но очень уютные особнячки в стиле модерн, стоит проехаться чуть дальше, на Татарку. Здесь сохранилось несколько очаровательных кирпичных домиков, например, на улице Нагорной. Татарке когда-нибудь хотелось бы посвятить отдельное видео – это загадочный райончик, настоящий заповедник старины, я его очень люблю.

И уж точно мы посвятим отдельное видео киевским доходным домам, построенным в стиле модерн. А с особняками мы закончили.
Всем пока!
Tags: Киев, видео, киевские экскурсии, модерн, особняки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments