agritura (agritura) wrote,
agritura
agritura

Categories:

Чернигов Древний. Конкурент Киева.



Новое видео на моем канале:



Кому лень смотреть, можно почитать:

Обещала рассказать о Древнем Чернигове, и вот, выполняю обещание.

Ранняя, еще докняжеская история Чернигова схожа с историей Киева, развитие этих городов происходило в одно и то же время. И там, и там происходили одни и те же процессы – экспансия вооруженных групп пришельцев с севера (предположительно викингов) и вступление их в определенные отношения с местным населением.

Задолго до прихода варягов здесь уже жили представители славянского племени северян, следы их пребывания обнаруживаются в самом центре города – на Валу. Это не удивительно, место подходящее: есть возвышенности, которые можно укрепить, есть две реки – Десна и ее приток Стрижень, вокруг местность окружена непроходимыми лесами, служащими естественной преградой на пути возможных агрессоров.



Десна в древности была важнейшим водным путем, она была судоходной на большом протяжении и связывала Северщину с Востоком: притоком Сейм она соединена была с бассейном Дона и рекой Болвой – с бассейном Оки. Тут, конечно, не получилось такого мощного перекрестка торговых путей, как Киев, но местный, так сказать, трейдтраффик тоже был весьма интенсивный.

По легендам тут тоже был свой местный князь Черен или (Черный), как Кий в Киеве, с которым связано название одного из местных топонимов – курган Черная могила. При раскопках в 19 веке профессором Самоквасовым в нем действительно были обнаружены остатки погребения с разнообразным инвентарем (оружие, украшения и предметы быта), останков не нашли – наши предки-славяне своих покойников сжигали. Нашли кострища, на которых, по всей вероятности кремировали трупы двух или трех людей – предположительно воинов или семьи.



Нашли в погребении два ритуальных кубка, украшенных серебряными поясками с витиеватым орнаментом, их, возможно, использовали во время тризны. Обнаружена была также странная статуэтка, явно не славянская: забавный человечек держит себя за бороду. Предполагают, что фигурка скандинавского происхождения. Погребение можно датировать концом Х века, так как в нем найдены византийские монеты времен Василия Македонянина. Некоторые историки полагают, что похоронен здесь современник Святослава Игоревича летописный воевода Претич.



Вообще на территории Чернигова более сотни курганов-погребений: Гульбище в районе Болдиных гор и Безымяный (это у нас Х век), а еще курганы 11-12 веков: Болдины горы, Олегово поле, «Старое кладбище» в Берёзках, Стрижневская и Бобровицкая группы курганов, курганы в Еловщине. Раскопки погребений продолжаются до сих пор.
В 12 км от Чернигова к юго-востоку располагается другой курганный комплекс примерно того же времени, что и Черная могила – Шестовицкий. Историческое название его неизвестно, находится он в урочище Коровель рядом с селом Шестовица. Здесь раскопали уже более 150 курганов, многие из которых – явно скандинавские. Здесь же обнаружено городище – укрепленный форпост.

Предположительно, здесь была варяжская крепость, возведенная на подходах к Чернигову и большое воинское поселение, неподалеку хоронили погибших и умерших. Вероятно, местную славянскую знать хоронили в самом Чернигове, а варягов – здесь. Это похоже на самый древний на славянских землях комплекс поселений Ладоги: воинский форпост Рюриково городище был чуть в стороне от самого торгового города Ладога, на подходах к нему.  Наверняка, первоначальная структурная организация и Киевского поселения была подобной: торговые и ремесленные кварталы (Подол) – на берегу Днепра, а крепость, где жили воины и их конунг – на возвышенности. Таким образом торжище было защищено с востока, со стороны степей; ведь именно оттуда обычно нападали орды кочевников.

Мы с вами начали с археологии древнего Чернигова, а что же нам говорят летописи?
В документах Чернигов впервые упоминается в «Повести временных лет» в 907 году в связи с договором Вещего Олега с Византией – в списке городов, для которых взымалась дань, вторым после Киева числится Чернигов – это говорит о важности города еще в те времена. Также он упоминается в торговых договорах с Византией начала Х века.
А вот начало настоящему расцвету Чернигова положил князь Мстислав Владимирович, сын Владимира Крестителя – личность яркая, незаурядная и явно недолюбленная историками, гораздо больше славы досталось его брату Ярославу Мудрому.

Мстислав -  истинный сын своего времени – отважный, решительный, в меру буйный и при этом не лишенный мудрости, хоть прозвище «Мудрый» получил не он, а брат. Не ясно, были они от разных матерей или от одной, вроде бы обоих родила Рогнеда Рогволодовна, но другие источники утверждают, что Мстислав был сыном некой «чехини». Известно, что Мстислав был младше Ярослава и еще одного их брата Святослава, и, судя по скупым сведениям из летописей, отношения между братьями никогда не были безоблачными.

Отец отдал Мстиславу дальний удел – Тмутаракань, неспокойное княжество на Таманском полуострове, которое к владениям русов присоединил еще его дед Святослав после разгрома Хазарского каганата.  Правда, в тех землях и во времена Мстислава жили хазары и представители других народностей (аланов, например, и зихов, и с ними молодой князь вполне себе уживался, даже приятельствовал, можно сказать. Не дружил он с касогами - народность, отождествляемая с современными адыгами или черкесами. В 1022 состоялось сражение между дружиной князя и касогами во главе с воеводой Редедей.



По всей вероятности, Редедя был опытным воином, обладающим недюжинной физической силой. Без всяких опасений он вызвал Мстислава на рукопашный поединок. Победитель по правилам забирал себе семью и войско побежденного и лишал его жизни, что и сделал Мстислав: неожиданно для всех он одолел богатыря Редедю, повалив его на землю, после чего зарезал. После чего забрал себе жену и отпрысков Редеди, причем сыновей касожского князя он воспитал как своих, за одного впоследствии даже отдал свою дочь. Странные порядки, да. А армия касогов присоединилась к его армии. Скорее всего именно после этого случая, вошедшего в летописи, Мстислава стали называть Храбрым или Удалым.

По легенде, во время боя он попросил помощи у Богородицы, обещая за это возвести храм в ее честь в Тмутаракани, и обещание свое выполнил.



Совершенно очевидно, что роль забытого всеми второстепенного удельного князька такого удальца совершенно не устраивала.  Тмутаракань была дальним уделом, не даром название его со временем стало нарицательным, характеризующим забытую глухомань. Сыновья Владимира Великого были потомками воинственных варягов, и похоже, из них всех миролюбивый нрав был только у Бориса и Глеба, и их печальная судьба известна. Почти одновременная гибель сразу трех Владимировичей (еще Святослава) – история темная. Традиционно их убийства приписывают Святополку, но выиграл-то в конечном итоге Ярослав – он и занял Киевский стол в 1018 году, но Мстислав с таким положением мириться не собирался.

Пока Ярослав воевал с племянником Брячеславом Изяславовичем и усмирял бунт в Суздале в 1023 году, Мстислав двинул войска к Киеву, осадил его, но штурмовать не стал, а пошел дальше – в Чернигов, где и обосновался. Ярослав вернулся с наемной дружиной варягов во главе с ярлом Хаконом Слепым и подступил к Чернигову. Навстречу ему выступил Мстислав с войском, приведенным из Тмутаракани: все с теми же касогами и хазарами. Войска сошлись возле летописного Листвена (ныне – село Малый Листвен Черниговской области).

Бой грянул безлунной ночью во время страшной грозы и продолжался несколько часов. В ходе сражения войско Мстислав одержало победу, Ярослав и Хакон бежали, киевский князь засел в Новгороде – напомню, что изначально Ярослав был князем новгородским.



Примечательно, что в летопись попали слова Мстислава-победителя, когда он утром обозревал поле битвы: «Кто тому не рад? Вот лежит северянин, а вот варяг, а дружина своя цела». Цинично, да, но ведь при другом раскладе вполне могло бы получиться наоборот – лежал бы тут Мстислав со своими тмутараканцами, а северяне и варяги радостно разглядывали бы их трупы.

После победы Мстислав вполне мог бы претендовать на многое, но совершает немыслимое и, на первый взгляд, необъяснимое: он посылает в Новгород к брату гонца со следующим сообщением: «Садись в своем Киеве: ты старший брат, а мне пусть будет эта сторона Днепра». Теперь уже совсем иначе выглядит его злорадство на поле брани, усыпанном трупами: Мстислав – мудрый и рассудительный правитель, берегущий своих людей и избегающий бездумного кровопролития.

Вот и летописец так описывает его: «Был же Мстислав дебел телом, прекрасен лицом, с большими очами, храбр на ратях, милостив, любил дружину без меры, имения для нее не щадил, ни в питье, ни в пище ничего не запрещал ей». По-моему, вырисовывается вполне привлекательная личность!

Правда, Ярослав не спешил возвращаться в Киев, он настолько боялся брата, что после предложенной мировой не вступил в столицу, пока не собрал новое войско. Официальный мир был заключен только через три года, в 1026. Как пишет летопись: «И разделили по Днепру Русскую землю: Ярослав взял эту сторону, а Мстислав ту», по сути, братья основали дуумвират. В 1031 году они даже организовали совместный поход на поляков и отвоевали побужские Червенские горда, которые при содействии Святополка Окаянного когда-то захватил король Болеслав.

При всей видимости тишины и благополучия, соперничество между братьями негласно сохранялось.  По сути, Ярослав по-настоящему развернулся только после смерти Мстислава. Противостояние Владимировичей перешло более культурное русло - градостроительство. Каждый украшал свой город, как только мог. Главным храмом Мстислава стало черниговский Спас, Ярослава – София Киевская. Причем не исключено, что Черниговский храм древнее.



О датировке Софии до сих пор идут яростные споры, вы даже не представляете, какие! Кто-то утверждает, что собор еще Владимир Святой заложил, а кто-то настаивает, что строить его начали уже после смерти Мстислава в 1036 году, а прежде Ярослав усердно занимался возведением укреплений, явно не забывая об опасном соседстве. Расслабиться он смог только после того, как нестарый еще Мстислав внезапно умер.

Летописец сообщает нам, что с Мстиславом произошла какая-то неприятность на охоте – то ли он простудился там, то ли получил ранение, после чего разболелся и скончался. И погребли его в недостроенном еще храме Преображения, где к тому времени выгнаны были только стены: «И положили его в церкви святого Спаса, которую сам заложил; были ведь при нем выведены стены ее в высоту, сколько можно, стоя на коне, достать рукою» (то есть на 4 метра максимум). История не терпит сослагательного наклонения, но можно поразмышлять о многом – интересно, как бы все сложилось, поживи Мстислав еще, лет до 70-75, как Ярослав.

Современные черниговцы князя не забывают – в его честь ежегодно в городе проводится костюмированный фестиваль «Мстислав-фест».

Но вернемся к архитектуре, мы что-то все о князьях болтаем.

Считается, что возводить Спасо-Преображенский собор начали в 1030-х годах, однако точная дата его закладки не известна. Строили на месте старой деревянной церкви, возведенной, в свою очередь, на языческом капище. Есть свидетельства (правда, не на 100% убедительные), что в 17 веке во время перестройки Спасо-Преображенского и Борисо-Глебского соборов в земле откопали две серебряных головы языческих идолов, которых, по всей видимости, местные язычники спешно закопали в землю во время насильственной христианизации. Якобы именно из этого серебра немецком Аугсбурге ювелирами были изготовлены изящные «Мазепинские ворота» - церковные царские врата, экспонируемые сейчас в музее Борисоглебского собора. Легенда не самая достоверная, но вполне возможная – это не единичный случай, когда после принятия христианства на Руси правитель приказывал снести капище и на его месте построить церковь, так произошло и в Киеве.



Конструкция храма необычная – это нечто среднее между романской базиликой и крестово-купольным храмом поздне-византийского типа (именно такой тип распространился в Киевской Руси, базилик практически не было). «Крестово-купольность» можно отследить только в инженерном решении кровли с 5 куполами, внутренний же объем отчетливо базиликальный: здесь нет пересечения центрального нефа и трансепта, а есть продолговатый зал-трифорий, отделенный от меньших боковых объемов двухъярусными колоннадами с аркатурными рядами.

Некоторые историки считают, что храм напоминал киевскую Десятинную церковь, по другим версиям Мстислав хотел построить что-то особое, необычное – судить сложно, т.к. не известно, как выглядела Десятинная церковь. Вероятнее всего, мастера-строители были приглашены из Византии. Способ кладки – «опус микстум» – смешанная камянно-плинфяная техника, причем новомодный по тому времени вариант – с «утопленным» рядом: каждый второй ряд плинфы закладывали чуть глубже предыдущего, а промежутки замазывали раствором-цемянкой, создавалось впечатление, что цемяночные швы очень толстые.



Этот самый древний храм Чернигова – единственный построенный здесь в смешанной технике. Остальные, более поздние, строились путем чистой плинфяной или кирпичной кладки.
Применены были и другие приемы, так, что замысловатая кладка плинфы создавала живописные геометрические узоры и меандры, свойственные храмам восточных земель Византии и ее соседей. Здесь смешанная кладка имеет не столько функциональный характер (ведь изначально она применялась для повышения сейсмостойкости, в Черниговских землях неактуальной), сколько декоративный – ряды камня как-бы оторочены рядами плинфы, по принципу перегородчатой эмали, эта техника называется так и называется - «клуазоне».

Интересно, что в отличие от кирпичных колон-столпов, возведенных практически во всех древнерусских храмах, в Спасо-Преображенском соборе были установлено несколько цельных беломраморных колонн, как в храмах византийских. На нашей территории мрамора не водилось, вот и городили из кирпича квадратные или крестовые в плане столпы, в то время как у византийцев колонны были из цельных кусков породы с красивыми резными капителями.

Поначалу предполагалось, что черниговские колонны были не свежевытесанные, а привезенные из Тмутаракани, ведь когда-то это была греческая колония. Деятельный Мстислав вполне мог разобрать какой-то античный храм, причем довольно древний – тип капителей весьма архаичный. Но во время более поздних исследований собора было обнаружено, что нынешний пол на целый метр выше своего изначального уровня – его неоднократно подсыпали, и в этих слоях подсыпки были обнаружено множество сколов мрамора – т.е. тесали колоны здесь, на месте, привезли только гигантские куски мрамора для них. При поздних перестройках древние колоны зашили в кирпич – после одного из пожаров мрамор сильно растрескался.



Башни на западном фасаде с уродливыми навершиями возвели при реконструкции 18 века, говорят, после визита Потемкина – он-де приказал выделить средства на ремонт собора. Изначально была только одна башня, слева, относительно невысокая. В ней была заложена винтовая лестница, ведущая на хоры – второй ярус. Хоры не были частью каменной конструкции, их сделали деревянными, из дубовых досок и бревен. Предназначались они, скорее всего для женщин, в греческом языке для этой части храма даже было особое название – «гинекей». Хоры сгорели в пожаре, восстанавливать их не стали.

На месте правой башни ранее была небольшая пристройка-крещальня, построенная при Владимире Мономахе, она обрушилась после пожара. Видимо, асимметрия древнего собора вызывала диссонанс у реконструкторов 18 века, они ее ликвидировали, сделав башни одинаковыми и снабдив их шутовскими колпаками, а еще добавили «красивостей» - возвели ажурные тамбуры у порталов.

Известно даже, что после смерти князя-заказчика мастеров сняли с работ и по приказу Ярослава направили, возможно, в Новгород на строительство Новгородской Софии (1040-45) – Великий князь теперь был единовластным правителем, и теперь ему явно больше некого было бояться (ведь единственный сын Мстислава умер за год до отца), не даром сразу после смерти брата Ярослав заключил в темницу своего родного дядю Судислава, где тот провел больше четверти века.

Также раскопали остатки парадных ворот у Спасского собора, которые соединялись с ним стеной, на воротах имелась надвратная церковь – такой вывод сделали на основании находок: осколков мозаики пола и штукатурки с фресковой росписью.



Достраивали собор уже при сыне Ярослава, Святославе – Чернигов достался ему в качестве вотчины. Когда пришло его время, его тоже погребли в соборе, а потом и его сыновей Глеба и Олега. Занятно, что Святослав стал первым известным правителем на Руси, умершим от неудачно сделанной хирургической операции – скончался он «от резанья желвака» (удаления опухоли). Еще один интересный факт – Святослав умер, занимая киевский престол, но похоронили его в Чернигове. По-видимому, такова была воля покойного, захотел лежать в достроенном им соборе.
Спасо-Преображенский собор долгое время был кафедральным – в нем хранились чудотворные иконы и мощи святых.

Вокруг главного княжеского храма и теремов формировался детинец (вернее, наверняка укрепления существовали еще до каменных построек). Сейчас от валов и стен ничего не осталось, но они, несомненно, были, их описания есть в сохранившихся документах, ученые определили, что протяженность укреплений составляла примерно 1600 метров. Считается, что сохранился только небольшой участок валов, но он не исследовался, так как на нем в 16 веке было построено здание Коллегиума.


Проекты византийских храмов

Скорее всего, где-то на территории детинца был княжеский дворец, упоминаемый в летописях, как «Красный терем» и резиденция епископа, но они пока не найдены. Зато за все время археологических исследований здесь было найдено 7 ювелирных кладов.

Вокруг детинца, примостившегося на возвышенности мыса и занимавшего примерно 15 Га, раскинулся Окольный град – то, что позднее стали называть посадом. Здесь жили ремесленники и торговцы. Эту часть города окружала вторая цепь укреплений, остатки волов сохранялись аж до 18 века, их описания встречаются в документах того времени.
Архитектура города развивалась по мере роста и развития самого города, появлялись новые храмы.

Если честно, после поколения Ярослава Мудрого князья расплодились преизрядно, я в них совсем не разбираюсь, так как деяния их и подвиги были уже поменьше рангом. Единственный более-менее выразительный – это Владимир Мономах, сын византийской принцессы из рода Мономахов и сына Ярослава Мудрого Всеволода. Он, конечно, вошел в историю, как князь киевский, с его именем даже связывают некий ренессанс единовластия и культурного подъема Киевской Руси, но и на черниговском престоле он посидел, причем целых 16 лет, срок немалый.



В наше время при раскопках на Детинце были обнаружены фундаменты двух плинфяных построек – одна однокамерная, другая двухкамерная. Причем остатки последней были раскопаны прямо под полом построенного позднее Борисо-Глебского собора, где их и сейчас можно осмотреть. Вот эти постройки тоже датируют периодом княжения Мономаха.

Долгое время считалось, что это княжеские терема, однако сейчас есть новая версия – Борисоглебский собор построили на месте стоявшего до него маленького храма – при раскопках обнаружили остатки фресок. Нашли также следы огня – похоже, эта небольшая церковь-часовня сгорела.

Владимир Мономах довольно много строил в Чернигове. Где-то перед зданием почтовой станции был раскопан фундамент каменного храма с подклетью, используемой как крипта-усыпальница – это большая редкость для Руси, такие храмы строили только в Византии. У Мономаха вполне могли быть связи с родиной матери-гречанки, он мог пригласить оттуда артель зодчих.

Предполагают, что эта же артель строила и упомянутое двухкамерное здание, фундаменты которого раскопаны в Борисоглебском соборе, и пристройку-крещальню Спасского собора.

На близлежащей территории в древности стояли еще как минимум четыре церкви: ныне существующий Борисоглебский собор, Пятницкая церковь, которая частично сохранилась до наших дней, она стояла посреди торговой площади, и еще были Михайловская (1174 год закладки) и Благовещенская (1186). Остатки древней церкви обнаружили рядом с Екатерининской церковью. Ее состояние «археологическое» - даже фундаменты не удалось исследовать, только многочисленные осколки плинфы нашли; не исключено, что Екатериненскую церковь 18 века возвели прямо на месте древней. Остатки Благовещенской церкви обнаружили еще в 1878 году, когда обвалившийся высокий берег реки Стрижени обнажил древние фундаменты.

Также на территории Детинца в разное время были обнаружены остатки медуши, мукомольни и ювелирной мастерской.

Совсем рядом со Спасо-Преображенским собором находится Борисоглебский, восстановленный в ХХ веке в облике, близком к первоначальному – это строгая и элегантная архитектура, хоть и чуточку тяжеловесная. Впрочем, мы сейчас можем только в общих чертах представить, каким был собор изначально, ведь он практически утерял свой декор, а декор этот был очень интересный – он ближе к традициям христианского Запада, чем к Византии.



Построен он гораздо позднее князем Давидом Святославовичем (внуком Ярослава Мудрого, родоначальников династии Давидовичей), и уже в совсем другой технике, не в такой, как собор Спаса. При исследовании собора были обнаружены удивительные резные капители с переплетенным растительно-зооморфным декором – такое больше нигде не встречается на территории нынешней Украины.

Поначалу высказывались патриотичные мнения, что это продукт творчества черниговских зодчих, результат синтеза местных, византийских и скандинавских влияний, но более поздние исследования доказали, что все-таки заимствования эти из романской архитекторы – об этом свидетельствует не только каменная резьба, но и другие романские элементы: специфическая плинфяная кладка уже без использования камня – равнослойная, с затиранием промежутков раствором,  массивные полуколонны на фасадах, керамические арочные пояски. В Европе такой тип резного декора – все вот эти каменные фигурки животных и чудищ - к моменту закладки собора распространился довольно широко: подобная зооморфная резьба была популярна в Ломбардии, Прибалтийской Германии, в Лангедоке. Элементы романского стиля встречаются и в других постройках того времени: в упомянутой крещальне-пристройке Спасского собора, Успенская церковь Елецкого монастыря и Ильинская церковь на Антониевых пещерах.

Известный исследователь древнего черниговского зодчества Олег Иоаннисян выдвинул гипотезу, что артель зодчих либо была нанята и прибыла сюда из Северной Италии, либо местными руководил итальянский мастер. Очень похожие капители можно видеть, например, в миланской базилике святого Амвросия 11 века.

Другой ученый, Николай Холостенко, еще в 1960х тщательно исследовал собор и пришел к выводу, что в отличие от Спасского, он был оштукатурен, а поверх штукатурки краской были нанесены полосы, имитирующие каменную кладку. Были здесь и романские перспективные порталы, частично сохранившиеся до наших дней.

Как и Спасо-Преображенский, Борисоглебский собор стал со временем княжеской родовой усыпальницей династии Давидовичей, более того, он так и задумывался – в массивных стенах были заложены погребальные ниши – аркосолии. Сейчас их можно осмотреть в музее Борисоглебского собора, в них экспонируются каменные саркофаги, в основном, шиферные.

Теперь стоит рассказать о самой поздней домонгольской постройке Детинца – Пятницкой церкви. Если быть точными, в древние времена она стояла вне детинца – посреди торговой площади Окольного града. Ее возвели, предположительно, на средства местных торговцев незадолго до татаро-монгольского нашествия – в конце 12-начале 13 веков; Параскева Пятница была покровительницей купцов.



Это уже более поздняя архитектура – церковь выглядит более изящной, чем древние сооружения, применено затейливое декорирование кирпичом, сложно устроены своды.
В сентябре 1943 году во время боев за освобождение города в рядом стоящую постройку попала бомба, и взрывной волной было сильно повреждено здание церкви. Сохранились абсиды, два восточные столба, фрагменты северной и восточной стены, частично подпружные арки и фрагмент основания купола. Первыми исследованиями и восстановлением храма занимался Барановский, он оставил очень подробные описания состояния церкви и хода ремонта.



Здесь можно сказать, что не было бы счастья, да несчастье помогло. К моменту разрушения Пятницкая церковь имела совершенно иной вид, сильно отличавшийся от изначального – ее радикально перестроили в 17 веке, она стала неузнаваемой: расширили окна, изменили кровлю, прилепили ажурный фронтон, натыкали куполов. Когда все это было снесено взрывом злополучной бомбы, Барановский поднял шум – дескать гибнет древний памятник архитектуры, - и Хрущёв, как ни странно, внял: выделили строителей и материалы на ремонт. Если бы церковь уцелела в войну, вряд ли кто-то стал бы заниматься ее перестройкой, так бы и осталась она барочной, как София Киевская. А так мы видим ее в ее древнем образе, хоть он аутентичный примерно на половину. Различие кладки древней и современной можно заметить при внимательном изучении стен, они, как и в древности, не оштукатурены. Лучше уж так, чем никак, могли остатки на кирпич разобрать.



Мы выбрали территориальный принцип описания древних построек Чернигова, а не хронологический – дошли до самой поздней церкви, но она не последняя в нашем списке, поэтому нам теперь пора перемещаться, все, что рядом с Детинцем, мы уже осмотрели.

Следующий на очереди – Успенский собор Елецкого монастыря. Он находится на одном из отрогов Болдиных гор, называемом Елецкою горою. Есть мнение, что именно на этом месте находилась резиденция славянских князей еще до периода Киевской Руси. При раскопках ХХ века здесь обнаружили следы древней дороги и комплекса крупных деревянных сооружений.

Этому храму повезло – он не был разрушен в войну и его барочная перестройка не изменила до неузнаваемости изначальный облик. Построил его в 1060-х годах еще один внук Ярослава Мудрого – Олег Святославович, долгое время враждовавший со своим кузеном Владимиром Мономахом. Они занимали Чернигов по очереди, и понятное дело, в пику сопернику, каждый должен был заложить свой храм.



С основанием монастыря связана старинная легенда – якобы объявилась однажды пред путниками нерукотворная икона Богоматери среди ветвей ели у дороги, и стали вокруг иконы происходить чудеса и исцеления. И основали на месте обретения иконы монастырь. Причем освящен он был еще при отце строителя каменного собора – Святославе Ярославовиче, и, видимо, изначально храмы и постройки в монастыре были деревянными. Каменный построили в самом начале 12 века.

Я уже рассказывала в прошлом фильме, что за образец был взят Успенский собор Киево-Печерской лавры, построенный отцом князя Олега. При этом киевский храм возведен в технике смешанной кладки, а черниговский полностью сложен из мелкой плинфы (это уже почти традиционный кирпич) без камня, в технике равнослойной кладки и тоже явно под влиянием романских образцов, как и другие черниговские храмы 11 века. Смахивал он и на Борисоглебский собор.



Изначально архитектурной особенностью собора был единственный купол, довольно массивный, остальные, которые мы видим сейчас – результат более поздних перестроек. Через 100 лет во Владимире Волынском построили очень похожий Успенский храм– он остался одноглавым до наших дней, можете посмотреть, как это выглядит. Вокруг основного объема были возведены галереи и приделы, поэтому собор имел вид пирамиды. Имелись в храме хоры, на которые вела спрятанная в стене лестница.

Елецкий монастырь интересен не только древним храмом, но и древними пещерами. Вход в них находится под небольшой теплой церковью, Петропавловской, есть ход и от Успенского собора. Лабиринты имеют два яруса. Возникли они одновременно с Антониевыми, возможно, это вообще был единый комплекс, принадлежавший в древности одной обители, как Ближние и Дальние пещеры в Киеве. В отличие от Антониевых, Елецкие пещеры мало изучены и пока не открыты для посещений туристов. Так что ждем новых волнующих открытий.
Раз уж мы упомянули Антониевы пещеры, пойдем их осматривать.



Летописи нам рассказывают, что основатель киевского Печерского монастыря Антоний бежал из Киева в 1069 году после подавления восстания князем Изяславом, опасаясь его гнева – кто-то оклеветал старца, сообщив Изяславу, что монах отдавал предпочтения его сопернику, князю Всеволоду, который при помощи восставшего веча пытался узурпировать власть. Изяслав и так недолюбливал основателя обители, так как тот вопреки воле князя постригал в монахи его приближенных, возжелавших стать монахами, так что Антонию пришлось спешно покинуть город и искать убежища в Чернигове. Князь Святослав радушно встретил старца и обещал ему всяческую поддержку.



В Чернигове Антонию, как говорит летописец, «полюбились Болдинские горы», и стало он здесь рыть для себя пещерку, подобную тем, которых уже много было вырыто в Киеве в Печерском монастыре. По легенде, именно в этом месте когда-то находилась священная дубовая роща язычников, ведь «болды» на древнеславянском значит «дубы». Антоний на то время был уже знаменит на территории Киевской Руси, поэтому немудрено, что обитель вокруг его пещерки разрослась довольно быстро: другие монахи тоже стали рыть себе пещеры-кельи неподалеку и соединять их подземными ходами.

Через три года страсти в Киеве улеглись, и совсем старенький Антоний вернулся домой. А обитель осталась.
Интересно, что из-за особенности местной породы своды камер и галерей практически не приходилось укреплять и подпирать. Порода не скальная, это плотный лёс, состоящий из суглинков. Еще при Святославе здесь построили небольшую однонефную Ильинскую церковь-крещальню – я уже о ней рассказывала, она единственная в своем роде из сохранившихся в Украине.



Весь комплекс открытых на данный момент подземелий длиной 350 метров. Пещеры состоят из двух галерей с кельями, находящихся на разных уровнях. Те, что сейчас доступны для осмотра – на верхнем уровне. Здесь имеется часовня три подземные церкви. Самая крупная из них – Феодосия Тотемского, высотой 8,4 метра высотой. Она удивительная, находясь в храме, невозможно поверить, что он подземный, кроме того, здесь отменная акустика. Есть еще церковь Антония и Николая Святоши. В пещерах всегда одна и та же температура – 10-12 градусов и сильная влажность – почти 100%. Это не позволяло ставить в церквах алтари – дерево просто сгнивало. Также из-за влажности в подземельях особый микроклимат, что может отразиться на самочувствии метеочувствительных особ, кроме того, иногда локально образуются туман и необычные оптические явления, что породило многочисленные рассказы о призраке Черного монаха и «местах силы».



Здесь есть пещеры с кимитриями или костницами – это места групповых захоронений монахов. Долгое время в современных источниках писали, что это братские могилы монахов, убитых татарами в 1239 году. Сейчас мнение исследователей изменилось, считается, что эти монахи умирали естественной смертью на протяжении довольно долгого времени. Когда чернец умирал, его замуровывали в собственной келье и оставляли на несколько лет. Потом камеру вскрывали, и смотрели, что стало с телом. Если оно оставалось нетленным (мумифицировалось), монаха признавали святым и его мощи сохраняли, если же оставались  только кости, их сносили в одно место.

А татары здесь все-таки были, они захватили Чернигов и опустошили его, обобрали храмы и вырезали жителей города. Так закончилась Киевская Русь. Но древние стены устояли и сохранились до наших дней, и многое мы можем видеть в этом замечательном городе – Чернигове.
Tags: Киевская Русь, Украина, Чернигов, Черниговская область, видео
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments