agritura (agritura) wrote,
agritura
agritura

Categories:

Западные "братья" архитектурного конструктивизма (часть 1)


Иван Леонидов. Проект Института библиотековедения имени В.И.Ленина

Я выпустила новый фильм на моем ютуб канале, кто предпочитает формат видео, можете посмотреть:



Кому удобние читать, читаем:

Я начала готовить фильм о киевском конструктивизме, все отсняла, но поняла, что нужна предыстория, а она тянет на полноценное отдельное видео, а то и два, так что поболтаем коротко, но о многом, как у нас было в фильме о модерне.
На постсоветском пространстве архитектуры модернизма первой трети ХХ века довольно много, у нас это обычно называют конструктивизмом, особенно в столицах и в крупных промышленных городах - в первую очередь, в Москве и Питере, еще имеются они в Харькове, ведь в период расцвета стиля Харьков был столицей Советской Украины, кое-что есть в Днепре, и, как ни странно, на Западной Украине. Еще надо помнить, что конструктивизм был популярен в Союзе с середины 20-х годов ХХ века и до 1932 года, т.е. во времена НЭПа и эпоху бурной индустриализации. Жилищное строительство сильно отставало, так что основные постройки, в основном – промышленные, административные и общественные.


Архитектурная фанатазия Якова Чернихова

Индустриальные постройки в чертах конструктивизма выглядели довольно органично. Для жилых и административных зданий он тоже вполне подходил в качестве революционного отрицания старого, буржуазного стиля. Слово «эклектика» по отношению к архитектуре тогда считалась ругательством.

Не думаю, что руководству страны очень нравился конструктивизм, судя по тому, как проявились его вкусы позднее, но, думаю, в то время особенно не было выбора – это был период НЭПа, так что лучше уж что-то непонятное и новое, чем мещанская эстетика нэпманов, или того хуже – буржуазное старье. Кроме того, у Сталина тогда, видимо, пока руки не доходили разобраться с этим, да и другого еще ничего не придумали.


Конструктивистская мебель и одежда


Началось все с изобразительного искусства. Стилистика конструктивизма зародилась в живописи и скульптуре, но потом просочилась и в утилитарные области – пытались делать конструктивистскую одежду, посуду, мебель, интерьеры. В театрах на вертящихся и трансформирующихся сценах ставили конструктивистские спектакли, журналы и плакаты пестрели фотографиями и коллажами Родченко, на киноэкранах крутили фильмы Дзиги Вертова, из динамиков звучали стихи Маяковского – то есть конструктивизм был везде, это буквально чуть ли не новая официальная религия со своим символизмом, иконографией и даже языком!

Оглядываясь на тот период, у нас может создаться впечатление, что конструктивизм – исключительно советское изобретение, но это не совсем так. Да, в СССР для конструктивизма сложились подходящие условия, под новомодный стиль советские архитекторы вполне обосновано подвели идеологию, да, здесь впервые придумали термин «конструктивистское искусство», здесь сложились целые объединения архитекторов, пропагандирующие исключительно этот революционный стиль (как, например, «Объединение советских архитекторов» или ОСА), однако началось все не здесь. Вот этому я и посвящаю это видео.


ОСА

Давайте же проследим, что влияло на возникновение и развитие новой архитектурной моды в Союзе.
С подъемом индустрии еще в конце 19 века собственники молодых предприятий во всем мире столкнулись с тем, что старые строительные приемы не особо годятся для заводских построек. Изначально под цеха использовали деревянные сараи и навесы, которые были тесными, плохо проветривались и воспламенялись от малейшей искры. В эпоху модерна были попытки использовать модные тогда стилистические строительные приемы при возведении промышленных зданий из кирпича, даже термин такой появился – «промышленный модерн», но натянуть сову на глобус получалось плохо, использовать выходило только некоторые элементы декора.

Единственное, что в Америке того времени напоминало популярный до наших дней индустриальный дизайн, это гигантские бетонные элеваторы, которые начали возводить еще в середине 19 века. По сравнению с небольшими деревянными ангарами и сараями они выглядели постройками из будущего, чем, в образно говоря, они и оказались. Не зря в архитекторской среде есть выражение: «Первыми небоскребами были элеваторы».


Элеватор в Нью-Йоркском порту, 1877

Эти гиганты еще всплывут в нашем повествовании, сделайте себе зарубочку.
Элеваторы — это хорошо, но нужны были и новые цеха. Был в Америке такой архитектор немецкого происхождения - Альберт Кан. По заказу Генри Форда он строит новый заводской цех для сборки автомобилей. Форд хотел наладить массовое производство машин, и старых мощностей для этого не хватало, ему нужен был цех втрое больше прежнего. Старый цех, где собирали знаменитую «модель Т», был выложен из кирпича, как большинство зданий эпохи модерна, но на этот раз Кан решил использовать железобетон. Постройка прославилась на все Штаты и даже за океаном.

Следующим был корпус №10 завода «Паккард». Его вид был настолько необычен для того времени, что его даже иногда называли «хрустальным дворцом», хотя в истории архитектуры уже был один «хрустальный дворец» - построенный в Лондоне еще во времена королевы Виктории выставочный павильон.


Строительство завода "Паккард"

То, что мы сейчас называем «постройка из стекла и бетона» - это ввел в обиход Кан, глядя на эти фото, понятно, почему – для адекватной освещенности в постройках использовались сплошные массивы остекления, это был инновационный прием. Кан, кстати, придумал особый способ армирования бетона стальными прутьями, изогнутыми особым способом, что позволяло стали не скользить внутри бетона по мере его высыхания.

Итак, начало индустриальной строительной революции было положено. Заказы для автозаводов не стали единичным, заводы Америке были нужны, Кан с готовностью начал штамповать проекты. Он позднее писал: «Настоящие архитекторы занимались проектированием музеев, соборов и памятников. Для заводов было достаточно подсобников. А я им и был. Все считали для себя унизительным заниматься заводами, а я – нет».

Экономический рост Штатов в 1910-20-е годы принял лавинообразный характер, особенно это проявилось после Первой Мировой – ведь молодая страна не пострадала от военных действий так, как европейские государства, и для Кана нашлось много работы.


Альберт Кан, Фрида Кало и Диего Ривера

Его называли «дизайнером Форда» и «строителем Детройта» - и действительно, в Детройте помимо заводский зданий строительная фирма Кана возвела десятки домов, только университетский комплекс включал 26 построек.
Экономический и индустриальный подъем продолжался до конца «ревущих двадцатых», в этот период Штаты стали самой богатой страной в мире. Так что новый промышленный дизайн, которому дал толчок Альберт Кан, прижился и широко распространился в силу высокой востребованности, экономичности и функциональности. Последнее слово – «функциональность», стало ключевым. Ведь недостаточно просто нарисовать на бумаге красивенький проект, это же не картонная декорация, нужно все точно рассчитать, чтобы цех мог в полную силу производить продукцию, чтобы рабочим в нем было комфортно, и они могли полноценно трудиться с самым высоким КПД.


Альберт Кан, сборочный завод Ford, 1914, Кливленд, Огайо

Нужно было учитывать вентиляцию и воздушную кубатуру, подведение воды, электричества, пожарную безопасность, продумать способ удобной и экономичной транспортировки продукции и пр. То есть промышленная архитектура работала на стыке дизайна и инженерии. И вот Кан с успехом работал над всем этим, он говорил: «Внешний вид здания должен соответствовать его назначению».

Сейчас эта эстетика не кажется нам особенно декоративной – ну, цех и цех, не до красоты здесь. Но мы должны понять, что в контексте той эпохи это была не просто революция – это был переворот с ног на голову, эстетическое потрясение. Напоминаю, что Кан начал строить в «нулевые» ХХ века, Первая мировая еще не началась! В то время даже изысканный модерн еще воспринимался некоторыми ретроградами, как молодое и нахальное искусство, его поругивали за дерзость и вульгарность.

И вот еще в чем Кан оказался пионером. Помимо нового промышленного дизайна, он создал метод ускоренного поточного изготовления проектной документации, т.е. проекты делались быстро, легко адаптировались под нужды производства, под особенности местности, но при этом были относительно стандартные – типовые, как стали говорить позднее. Документацию бюро Кана готовило за неделю, реализация проекта обычно занимала полгода.

А в 1929 году на Кана вышли представители американского офиса торгово-шпионской советской организации «Амторг». Кану был предложен контракт в СССР, предлагалось осуществлять консультации и проектировать промышленное строительство. За год до этого Америку придавила Великая депрессия, местных заказов у Кана было мало, и он с радостью согласился, тем более что контракт с Советами был очень выгодным.


Подписание договора с Амторгом

В Союзе был открыт филиал фирмы Кана, для консультаций приехали 25 американских инженеров, включая родного брата Кана, Моритца, а вот сам Альберт Кан с Союзе не был ни разу.

За несколько лет по проектам фирмы Кана было построено 531 предприятие, в т.ч. Харьковский тракторный завод (ХТЗ). Предполагается, что Кан проектировал не только здания, он давал консультации и по оборудованию. За техническое воплощение на месте отвечал советских инженер Анатолий Фисенко, было бы несправедливо замалчивать его роль в молниеносной (5-летней фактически) индустриализации.

Специалисты Кана не подозревали, что проектировали заводы, которые будут использоваться, как военные. Они недоумевали, почему советские инженеры требуют делать усиленный толстенный фундамент под тракторными заводами – им было невдомек, что эти заводы будут выпускать не только тракторы, но и танки.

Удивляла американцев и невероятная текучесть кадров в среде советских партнеров: на постройку очередного предприятия приходила почти полностью обновленная бригада местных инженеров – таким образом Советы хотели обучить американскому опыту максимальное количество своих специалистов. Потом подсчитали, что таким образом было обучено более 4000 промышленных архитекторов и специалистов по оборудованию.


ХТЗ

Поначалу доля участия американцев в строительстве была существенной. Для первого завода - Сталинградского тракторного - блоки и крупные узлы были собраны в Америке и перевезены в СССР на нескольких кораблях, собрали завод за 6 месяцев.
Насколько я знаю, в Киеве кановских детищ нет, здесь строительство существенно отставало от столичного Харькова. В Харькове кроме ХТЗ возведены литейный цех и кузница, есть заводы Кана в Днепре и Каменском. Кан – не единственный американец, участвовавший в индустриализации Советов: Днепрогэс строила фирма Хью Купера, Горьковский автозавод и завод, выпускавший «москвичи», тоже построили американцы – всего вроде-бы 1500 производств и электростанций.
А вообще за свою жизнь Кан осуществил по всему миру около 2000 проектов!

Контракт Советов с Каном закончился в 1932 году, и его не продлили – в социалистическом градостроительстве произошел перелом. К тому же, Кан вел себя нескромно по мнению Советского руководства – он охотно давал интервью Западным журналистам, в которых приписывал исключительно себе заслуги Советской индустриализации, для него это была отличная реклама. В ответ Советские газеты поливали Кана грязью и обзывали его хвастуном.

Кроме того, Сталин сменил западного партнера – теперь он практически порвал отношения с США, а они и без этого были не безоблачные, и активно искал дружбы с Германией.

Да и строительная мода в СССР резко поменяла направление в угоду смене вектора идеологии. Модернистские течения, включая конструктивизм, были фактически запрещены, его теперь ругали все, кому не лень, советские архитекторы стремительно «переобувались на ходу», но об этом я расскажу подробнее в следующем видео. А имя Альберта Кана вскоре перестало упоминаться вообще. Советы тщательно делали вид, что этого человека, принявшего весомое участие в индустриализации страны, попросту никогда не было.


Инженеры Кана в СССР с советскими товарищами

Я так много рассказываю о промышленной архитектуре, но не она одна оказала влияние на формирование конструктивизма, хотя она и была фоном, общим мотивом.

Пока не будем торопиться перемещаться в Европу, расскажу вам о еще одном очень важном архитекторе-американце – Фрэнке Ллойде Райте, который тоже определенным образом был связан с архитектурой Советов.

Фрэнк Ллойд Райт происходил из валлийского рода, и мятежный дух предков отчетливо отразился на его архитектуре. В самом начале ХХ века он стал строить настолько странные и непривычные для той эпохи дома, что заказы ему делали исключительно эксцентрики и оригиналы, благо, в богатеющей Америке таковых было предостаточно.


Первая серьезная работа Райта - дом для собственной семьи

Первый заметный свой проект он создал для себя и своей семьи. Поначалу это был небольшой дом, но конструкция подразумевала возможность расширения и достроек, так что со временем площадь усадьбы выросла почти втрое. Тут еще есть корпус с двускатной крышей (самый старый), этого в последующих проектах Ллойда Райта мы уже не увидим, но в основном, все постройки ориентированы горизонтально, дом словно припал к земле, пытаясь спрятаться в окружающей зелени.


Фрэнк Ллойд Райт в СССР

Потом критики назовут стиль архитектора «домом прерий» и «органической архитектурой», сформируются типичные райтовские приемы: плоская кровля с широкими выносами, вытянутость вдоль горизонта, аккуратное вписывание проекта в окружающий ландшафт, причудливое чередование объемов, аскетичны декор, свободное перетекание внутренних пространств. Для архитектора важным было, чтобы в постройке использовались материалы, сделанные из сырья, добываемого там, где будет стоять дом – из местного песка, горных пород, древесины.


Фрэнк Ллойд Райт, Дом над водопадом

Заметное отличие от модернистской архитектуры Европы – Ллойд Райт не любил монохромные постройки – белые или серые, каковым отдавали предпочтение европейские рационалисты и конструктивисты. Все его дома раннего периода были облицованы материалами, придававшими им «органический» вид. Хочу отметить красоту его проектных рисунков. Его работы так изящны и живописны, что вполне тянут на отдельное произведение изобразительного искусства.




Проекты Райта

Делая яркие и выразительные проекты, Фрэнк Ллойд Райт довольно быстро прославился. К 1901 году в его послужном списке насчитывается уже около 50 проектов, всего за жизнь он осуществил их 363, до наших дней дотянули 300. В архитектурной среде он стал культовой фигурой, причем не только в Штатах, но и в Европе. В 1910 году в Берлине издали его двухтомное портфолио, в которое были включены 100 проектов, издание стало настоящей сенсацией. В архитектурном бюро немецкого мэтра строительства Петера Бернса (о нем чуть позже) тогда учился молодой немецкий архитектор Мис ван дер Роэ, он вспоминал день, когда портфолио Фрэнка Ллойда Райта принесли к ним в офис: на день стала работа – все изучали смелые проекты американца.

Понятно, что влияние Ллойда Райта изменило взгляды и вкусы будущих архитекторов-модернистов, создавших облик Европы ХХ века. Все они в той или иной мере поддались его влиянию.

Очевидно его увлечение японской архитектурой. Ллойд Райт коллекционировал японские гравюры и даже приторговывал ими, обожал все японское, ездил в Японию, чтобы познакомиться со страной поближе, и, естественно, имел несколько заказов от японцев. Еще одна страна, которую Ллойд Райт очень любил и идеализировал – Советский Союз. За его работой следили в Союзе, восхищались и подражали. Он даже получил приглашение на первый съезд Советских архитекторов в 1937 году, кроме того, ему оплачивали все расходы на время пребывания в России. Инициаторами приглашения Райта были советские архитекторы, ему потом неоднократно предлагали поучаствовать в конкурсах на знаковых проектах, т.е. архитектуру американца хорошо знали, следили за его творчеством и очень уважали. Известно, что Моисей Гинзбург, например, был очарован работами Ллойда Райта и явно ими вдохновлялся.


Ф.Л. Райт в СССР (в Суханово)

Райт пробыл в СССР чуть больше двух недель, выступил на съезде, пообщался с советскими архитекторами. Страна ему понравилась очень, а вот современная архитектура – не особенно. Новые дома он нашел громоздкими и несоразмерными, его огорчало, что строительство в молодой стране в 1930-х пошло по пути Штатов – избрало главенствующим стилем историзм. Ллойда Райта ужаснул проект Дворца Советов, который хотели возвести на месте снесенного храма Христа Спасителя. Это циклопическое сооружение должно было быть выше, чем Эмрпайр-Стейт-билдинг. Райт писал: «Надеюсь, его не построят!», к счастью, так и произошло.

Но нас занесло далеко вперед, в 1937 году конструктивизм уже давно был в опале, так что вернемся назад и переместимся из Америки в Европу.

Примерно в то время, когда Альберт Кан проектировал свои новые цеха, а молодой Ллойд Райт придумывал свои «дома прерий», а точнее, в 1907 году, за Океаном, в Германии в мастерскую архитектора Петера Беренса поступает на стажировку немец Вальтер Гропиус. В этой же мастерской позднее стажировался уже упомянутый Людвиг Мис ван дер Роэ, правда, с ним Гропиус не пересекался, зато ему довелось общаться с еще одним стажёром - французом швейцарского происхождения Шарлем-Эдуа́ром Жаннере́-Гри, которого вскоре узнает мир под именем Ле Корбюзье. Все три архитектора – Гропиус, Ле Корбюзье и Мис ван дер Роэ - со временем прославятся благодаря своим новаторским проектам, это настоящие три кита авангардистской европейской архитектуры ХХ века.


Архитектурное бюро Петера Беренса

Подозреваю, что это было не случайно, хоть стили у них отличались – ведь у трех архитектурных гениев был общий учитель Петер Бернс.

Я предлагаю вам посмотреть несколько работ Петера Беренса. Конечно, до авангарда здесь далеко, он по большей мере творил в направлении историзма, ближе к классицизму, но посмотрите – есть нечто новое, нечто необычное для начала ХХ века – полное отсутствие декора, формы утрированно строгие, даже суровые, мы буквально физически ощущаем эту фактуру, это давление объема и монументальной геометрии.





Постройки Беренса, внизу - посольство Германии в Питере

Строительство объекта координировал молодой Ми сван дер Роэ, который именно в тот период работал в ателье Беренса. Я выросла в Германии, это, конечно, очень немецкая архитектура. Это посольство Германии в Петербурге работы Беренса – его даже поругивали за вот эту тевтонскую тяжеловесность, Гитлер и его нацики такое потом будут очень любить. Интересно, что Беренс не был махровым консерватором, и, когда пришло время, отказался от классических форм. Пришла мода на авангардный интернациональный стиль, и он проявил гибкость и стал делать вполне современные здания.


Петер Беренс


А еще он был интересным дизайнером и проектировал посуду, мебель и прочую бытовуху. У всех архитекторов бывают трудные времена, когда нет заказов, и тогда они ударяются в предметный дизайн.
А ученики Беренса окрепли, разбрелись по миру и открыли свои мастерские и даже школы (под школой я имею в виду Баухаус, основанный Гропиусом).

Ну, и наконец-то пару слов о Ле Корбюзье расскажу.

Вообще, у меня создается впечатление, что самые крутые мужики – архитекторы. Ну, по крайней мере, так было в начале ХХ века. По биографиям каждого из них можно смело писать романы, причем это будут романы авантюрные. Ле Корбюзье – не исключение. Он прожил 78 лет, женат был на модели (очень странная особа, к слову), имел громкие связи (интрижка с Жозефиной Бейкер, например), много путешествовал, преподавал, занимался гимнастикой.




Раз, во время плаванья в море он получил травму – небольшая моторка проплывала мимо, задела архитектора, и винтом ему буквально разворотило бедро. На фотографии видны шрамы, я, кстати, я ему дорисовала трусишки, вдруг дети смотрят, а вообще он любил рассекать по дому голышом. Этот случай не остановил его – Корбюзье продолжал свои ежедневные заплывы, во время одного из них они и умер.


Ле Корбюзье, Вилла Штейн де Монзи, Вокрессон

Похоже, Корби, как называли его друзья, относился к архитектуре не просто как к творчеству, не как к искусству – для него это была своего рода идеология, даже культ, со своими заповедями и святынями. Он изложил основные свои подходы к строительству в «Пяти отправных точках современной архитектуры», я пересказываю их вольно, там текста намного больше:

1) Возможность отделения несущих конструкций от не несущих, использование расчлененных фундаментов, использование опорных стоек вместо глухих стен, использование свай;
2) Плоская крыша, которую можно использовать как рекреационную зону;
3) Свободное планирование, т.е. объемы формируются, так, как нужно и удобно для функционирования постройки, а не в угоду удобства конструирования, свободное перетекание объемов;
4) Удлиненные окна (включая ленточное остекление);
5) Свободное оформление фасада.


Ле Корьбюзье, Дома в поселке Вайсенхоф Штутгарт, Германия, 1927

В виде проектов его постройки, возведенные с учетом перечисленных принципов, выглядели очень эффектно и революционно, но на практике все было не так уж радужно. Поначалу у молодого архитектора еще было недостаточно опыта и навыков чисто инженерных. В одной из самых знаменитых ранних построек Ле Корбюзье, вилле Савой, была выше означенная плоская крыша, так вот она практически сразу же, буквально после первого дождя стала протекать – автор не продумал использование гидроизоляционных материалов и адекватную систему дренирования, этого всего тогда еще попросту не было. Надо отдать должное архитектору – он всегда признавал свои ошибки. Ле Корбюзье часто говорил: «Жизнь права, а архитектор ошибается».
Эта беда была у всех модернистов, тот же культовый Дом над водопадом Ллойда Райта хозяевам приходилось ремонтировать практически постоянно.


Вилла Савой

Лирическое отступление. 20-е годы ХХ века были десятилетием журналов. Только ленивый не выпускал свой журнал – как в Союзе, так и за рубежом. Журналы читали с удовольствием, выписывали их, привозили из-за границы, обменивались. Были свои журналы и у архитекторов. Причем, архитектурных группировок в СССР было несколько – от консервативных Московского архитектурного общества и Петербургского общества архитекторов до вполне себе новаторских – таких как АСНОВА (Ассоциация новых архитекторов, пропагандирующая рационализм) и ОСА - Объединению современных архитекторов, сторонников конструктивизма.

АСНОВА выпустила всего 1 журнал за все время своего существования (а существовали они все до 1932 года, пока всех не объединили в Союз советских архитекторов), а вот ОСА выпускала свои журналы СА (Современная архитектура) регулярно. Сейчас они все оцифрованы и есть в свободном доступе, смотреть и читать их очень интересно.


Павильон журнала "Эспри Нуво" на выставке

Ле Корбюзье был человеком прогрессивным, повторюсь, его подход к архитектуре был целостным, основанном на определенной идее. Конечно же, он не мог не выпускать свой журнал - «Эспри Нуво» (Новый дух). L'Esprit Nouveau издавался с 1920-го до 1925 года, всего было выпущено 28 номеров. Экземпляры всех номеров попадали в Советский Союз. Советские архитекторы восхищались работами Ле Корбюзье, вдохновлялись ими, возможно, именно этот журнал сподвигнул русских конструктивистов выпускать свой. Более того, Ле Корбюзье вошел в редакционную коллегию советского журнала конструктивистов «Современная архитектура», в издании регулярно публиковались его работы.


Ле Корбюзье, Сергей Эйзенштейн и Андрей Буров

Многие переписывались с Ле Корбюзье, у редактора СА Моисея Гинзбурга даже возникла с ним полемика: дело в том, что Корбюзье в плане градостроительной концепции был сторонником крайнего урбанизма (типовые небоскребы, выстроенные, как на шахматной доске), а Гинзбург относил себя к дезурбанистам, он был сторонником идеи «города-сада», очень популярной в то время, некоторые его замыслы потом использовали для создания малоэтажных рабочих поселков. Переписка Гинзбурга и Корбюзье имела открытый характер и публиковалась в СА.

Как и Ллойд Райт, Ле Корбюзье побывал в СССР, причем трижды – 1928, 1029 и 32 годах, общался с Гинсбургом, Александром Весниным и Иваном Николаевым. Несомненно, идеи француза сильно повлияли на творчество советских архитекторов, но Корбюзье признавал, что и их работы повлияли на него самого. Корби участвовал во многих конкурсах на проекты важных советских построек, и один выиграл. По его проекту построен Дом Центросоюза, он стоит до сих пор, недавно его отреставрировали. К слову, здесь тоже проявилась некоторая непрактичность задумки зодчего, при всей видимой и всячески подчеркиваемой ее функциональности. Площадь одной из стен полностью отдана под остекление, и люди, которые работают там в офисах, жалуются, что находится в них невозможно. Тяжело представить, что терпели работники в 30-х годах, когда еще не было кондиционеров!


Здание Центросоюза

Кстати, Центросоюз – не единственный крупный проект, который строил по конкурсу в СССР именитый европейский архитектор. Еще есть фабрика «Красное Знамя» в Питере, которое возвел Эрих Мендельсон, уроженец Германии, и библиотека в Выборге, построенная финном Алваром Аалто. Ну, а жилья иностранцы настроили очень много, об этом в конце расскажу.

Взгляды Ле Корбюзье были довольно радикальными, он считал, что первоочередная задача архитектора – решить жилищный кризис, избавить современного жителя от ужасов и ада современных мегаполисов. Ужасом он считал все излишнее. Зодчий предлагал полностью убирать старую застройку, сносить все исторические здания и возводить новые дома. К сожалению, вот этому-то как раз наши научились быстро.


План Вуазен

Существует его проект реконструкции Парижа под названием Вуазен, который вызвал просто бурю негодования у архитектурного сообщества Франции – предлагалось полностью снести исторический центр, оставив только самые важные памятники, и построить на его месте вот это – 18 60-этажных небосккребов. Он писал: “Представьте себе, что весь этот хлам, покрывающий землю, словно засохшая грязь, расчищен и убран, а на его месте выросли гигантские кристаллы из прозрачного стекла высотой более 600 футов”. По его мнению, архитектура не должна иметь никаких украшений, эстетика вторична, главное – функция и удобство. Корбюзье явно вдохновлялся новой индустрией, он даже заявлял, что «дом – это машина для жилья»!

Есть подобный план и реконструкции Москвы, правда, в этом проекте чудаковатый архитектор все-таки «оставляет в живых» Кремль и несколько исторических построек в центре, но остальное опять же рекомендует снести и настроить типовых высоток. Ле Корбюзье считал, что глаз и ум жителя города при взгляде на архитектуру должен отдыхать; дополнительные впечатления, которые может создавать архитектура, излишни. Таких же взглядов он придерживался и в плане интерьера – минимум мебели, минимум личных вещей, во всем умеренность вплоть до аскетизма. При этом на фотографиях его собственная студия и жилье выглядят слегка захламленными – потому что мебели мало, некуда сложить вещи и книги, а еще его жена Ивонн была никудышняя хозяйка.



Корбюзье всю свою жизнь вел активную переписку со своими друзьями и знакомыми, матери при ее жизни вообще писал чуть ли не каждый день. Детей у Корби не было, жена умерла раньше него, так что после смерти архитектора его архив стал общественным достоянием. Оказалось, что он не выбрасывал не единой бумажки – все эскизы, письма, записочки – все сохранилось. При изучении архива обнаружилось, что у зодчего были не очень симпатичные политические взгляды – он, оказывается, был слегка антисемит и даже симпатизировал профашистскому правительству Виши. Шумок негодования прошуршал по станицам прессы. Припомнили архитектору, что для богачей он строил роскошные новомодные виллы, а работяг предлагал селить в типовые небоскребы-муравейники. Однако раздувать скандал не стали – гений есть гений, да и к тому же открытым сотрудничеством с нациками Корбюзье не особо замарался. А в плане социально-дифференцированного подхода к заказам, тоже надо отдать ему должное – сам Корбюзье жил очень скромно, его последний домик у моря был деревянным и больше напоминал скворечник.



ПРОДОЛЖЕНИЕ
Tags: видео, конструктивизм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments